Да-да, в начале своего творчества Сава Голованивский был футуристом и учился в 1927–1929 годах в Одесском сельскохозяйственном институте. Судьба многих других украинских футуристов так или иначе связана с Одессой. И в первую очередь, конечно, нужно упомянуть Михайля Семенко – основоположника украинского футуризма. Семенко был основателем футуристической группы «Фламинго» (1919 год), в которую вошли О. Слисаренко, Г. Шкурупий, В. Ярошенко, художник А. Петрицкий; затем «Аспанфута» – Ассоциации панфутуристов (термин предложил Гео Шкурупий), манифест которой подписали, помимо Семенко, Гео Шкурупий, Михаил Яловый, Олекса Слисаренко, Мирослав Ирчан, Марк Терещенко. Позже к группе панфтуристов присоединились Мыкола Бажан, Юрий Яновский и другие. Панфутуризм объединил тогда все группы украинского футуризма (в 1913–1918-м сам Семенко был кверофутуристом – придуманный им самим термин, означающий движение, поиск). А в 1927 году Семенко организует объединение и журнал «Новая генерация».
Мемориальная доска Семёну Кирсанову в Одессе, на ул. Гаванной, 10. Фото автора
В 1924 году Михайль Семенко приезжает в Одессу и становится на три года главным редактором Одесской киностудии. Он устроил на киностудию Юрия Яновского, Мыколу Бажана, Гео Шкурупия – все они писали киносценарии, работали художественными редакторами. Сам Семенко работал над двумя сценариями («Чорна рада» и «Небожа Рамо»), которые так и были реализованы; принимал участие в работе над фильмом о Тарасе Шевченко, в котором снималась его возлюбленная – актриса Наталья Ужвий.
У друзей и соратников Семенко вышли в те годы и позднее в Одессе поэтические и прозаические сборники – у Гео Шкурупия книги «Страшна мить» и «Зруйнований полон. Місяць з рушницею», у Олексы Слисаренко повесть «Страйк», у Василя Алешко сборник избранных стихотворений за 1907–1927 годы «Степи цвiтуть».
Ещё один украинский футурист, член объединения «Новая генерация» Иван Маловичко, учился в Одесском кинотехникуме, а Гео Коляда издал в нашем городе сборник «Оленка» (1925).
С Одессой тесно связана судьба друга Михайля Семенко, поэта Леонида Чернова – «Всеукраинского Дон Жуана», «сибирского бродяги», «морского волка, просоленного ветрами трёх океанов». Родившийся в Александрии Херсонской губернии Чернов учился на математическом факультете Новороссийского университета (1917), а в 1925 снова вернулся в наш город, проделав четырёхмесячное морское путешествие из Владивостока. В Одессе он сближается с ЛЕФовцами, печатает отрывки из своей кинопоэмы, а в журнале «Шквал» публикуются его путевые зарисовки «Через тропики под советским флагом». Первые книги Чернова выходили на русском языке; с середины 1920-х он перешёл на украинский, и именно в Одессе увидела свет его первая книга на украинском языке «Самолёт». Леонид Чернов работал на киностудии вместе с другими украинскими футуристами и был близок к группе «Новая генерация».
Учитывая, что «Новая генерация», помимо футуризма, пропагандировала модернистские европейские течения, такие как дадаизм и сюрреализм, неудивительно, что в 1930 году они прекратили своё существование. В 1937-м большая часть украинских футуристов была расстреляна…
Я мог бы вспомнить ещё многое – ведь в Одессе в детстве и юности множество раз бывал Борис Пастернак, родители которого переехали в Москву всего за полгода до его рождения; бывал его соратник, организатор группы «Центрифуга» Сергей Бобров, жил московский поэт-футурист Алексей Чичерин, выступивший на вечере «Коллектива поэтов» с чтением стихов Маяковского, после которого Лев Славин заявил, что у «Коллектива поэтов» уже «не было авторитетов. Но был бог: Маяковский».
Связан с нашим городом и младший из братьев Бурлюков – Николай, причём по делам, никак не связанным с творчеством. В 1918–19 годах он служил в Одессе в радиодивизионе, причём сначала в войсках, подчинённых гетману Скоропадскому, затем у Петлюры, потом у белых, а затем при Красной армии. После радиодивизиона он перешёл на службу в морскую пограничную стражу.
В нашем городе жил, учился и впервые начал публиковаться Корней Чуковский, друживший с Маяковским и много писавший о футуристах. В литературу его ввёл Владимир Жаботинский…
Можно было бы вспомнить ещё многое. Но тогда статья, пожалуй, превратилась бы в книгу. Мне кажется, всего описанного более чем достаточно для того, чтобы с полным основанием утверждать: Одесса навсегда вписана в историю русского и украинского футуризма.
