— Нет, помирились, после того как ты скрылась с горизонта. У них больше не было причин для развода. А что касается Славека, то не знаю, которого ты имеешь в виду, я знаю трех как минимум.
— Имею в виду Пшемыслава. Надо было сказать — Пшемыка, ты бы сразу догадалась.
Я не торопясь закурила, окутав себя дымом от комаров, и не сразу отозвалась, чтобы успокоить забившееся сердце.
— Так ты знала Пшемыслава?
— Еще бы! В диколе вместе учились. Он мне тогда очень нравился.
— Дело вкуса, — рассеянно отозвалась я, думая о другом. Не может Финетка быть такой идиоткой, чтобы не понимать — только что она доставила мне бесценные сведения, сообщила информацию, благодаря которой для меня сразу многое прояснилось.
— Ну не скажи! — возразила Финетка. — Он многим нравился.
— Интересно, откуда тебе известно, что я его знаю?
— Не помню, дела давние, столько лет прошло. Так что с ним сейчас?
— Понятия не имею, думаю, еще жив, я с ним уже много лет не виделась.
— Женился?
— Нет, насколько мне известно.
Финетка тоже закурила, тоже разогнала рукой клуб сигаретного дыма вместе с комарами и уселась в плетеном кресле поудобней.
— Неудобно сидеть. А твое отношение к Пшемыку понятно, ты никогда не способна была разыгрывать из себя послушную тупицу и курить фимиам...
Я не встала грудью на защиту Тересы, которая не завела в своем садике висячих диванчиков и мягкой мебели. Меня удивила тактика Финетки. Неужели и в самом деле можно быть одновременно до такой степени проницательной и глупой? Нет, в чем-то явно кривит душой. Проницательность трудно симулировать, проще притвориться глупой. Тогда как же расценить факт, что только что она сообщила мне бесценную информацию? Или она ложная, или Финетка уверена, что я все равно не смогу ею воспользоваться. Или провокация?
А Финетка все вспоминала прошлое, старательно обходя Гатю и ее окружение. Она знала, что с Мундей мы не были знакомы, с его приятелями я не якшалась, но как не спросить про Гатю, нашу общую подругу тех далеких лет? Сама я на всякий случай решила о ней не заговаривать. Кружным путем Финетка вернулась к Пшемыславу.
— Неужели ты с ним не встречаешься, ведь живешь неподалеку?
— Как-то не получается.
— У него сейчас новая женщина?
— Ну что привязалась! Сказала же, не знаю ничего о Пшемыславе, сто лет мы не виделись, наверняка кто-то у него есть.
— И они вдвоем живут в его каморке? Может, у него другая квартира?
Что-то заставило меня ответить:
— Вряд ли он сменил место жительства, если почтовый адрес остался прежним. Кто-то из знакомых говорил мне, что встретил его на нашей почте, где он вынимал письма из своего ящика. У нас же районизация.
— А что это такое?
— В Варшаве каждый, проживающий в определенном районе имеет право пользоваться услугами банка, сберкассы, почты только того района, в котором живет.
Финетка вдруг потеряла всякий интерес к Пшемыславу и явно Перестала слушать, что я ей говорю. Зевнув, она потянулась, заявила, что калифорнийский климат намного приятнее, встала, сказала: — «Ну так гуд бай» — и закончила визит. Как будто мы с ней видимся каждый день и она забежала на минутку по-соседски! В сумку мою она не заглядывала, дома не пыталась обыскивать.
Карта под часами на моей руке прожигала руку насквозь, и тем не менее я поняла, что она приезжала по другому делу. Может, меня она и подозревала, но плевать ей на все подозрения, на меня, на мою причастность к афере. Приехала она только из-за Пшемыслава. Ей надо было знать, как с ним связаться. Узнала, а больше ее ничто не волновало.
Искупавшись в озере и несколько охладившись от эмоций, я немного по-другому взглянула на визит Финетки; Нет, она не притворялась идиоткой, ее беззаботность была самой что ни на есть искренней, потому что она не знала о моем знакомстве с Беатой. Финетка сама ее не знала, Беата появилась на горизонте, когда Финетки уже не было в Польше, а Пшемыслав никогда не любил трепаться. Из общих знакомых Пшемыслава и Финетки никто не знал Беаты, она была моложе их как минимум лет на десять... Я работала с Беатой в одной проектной мастерской, Беата тогда была неприметной чертежницей, никто не мог и предположить, какой она станет, когда немного подрастет. Да, разумеется, Финетка не притворялась глупой, не действовала исподтишка, она просто-напросто не знала о Беате, во всяком случае о моем знакомстве с ней. И тогда Беата явится ключом ко всей афере!
Эпохальное открытие дало неистощимую пищу для дедуцирования...
