– Ты осталась в живых только потому, что у тебя нет языка, – сказал он. – Иначе тебя судили бы за распутство. «Каждое колено должно быть преклонено, а каждый язык исповедаться». Ты не можешь исповедаться, так ведь? И поэтому тебе удалось избежать кары, во всяком случае, пока.
Я воспринимала его голос как писк комара, стараясь не вникать в смысл слов.
Молчание – отличный метод выхода из неприятных ситуаций, я довела его до совершенства.
Через минуту или две он, обойдя меня по широкой дуге, пошел в город.
Пока я шла домой, мое тело было спокойно, но мысли метались в голове. Что он хотел сказать?
Прелюбодеяние? Наказание?
Что он задумал?
Я постаралась, чтобы мама поняла: свадебный звон колоколов означает, что кузнец придет завтра. Она засыпала меня вопросами, а я лишь кивала или мотала головой в ответ. За два года, когда возникала такая надобность, мы нашли способ общаться.
Мама от расстройства почистила дюжину яблок на пирог Дарреллу. Мы устроим здесь свой собственный праздник или прощание с его ногой. Мыслями она была далеко, и я выскользнула из дома незамеченной.
Фантом была счастлива меня видеть, она с удовольствием съела яблочные очистки. Я выпустила ее на пастбище и, грызя яблоко, с восхищением наблюдала, как ее хвост развевается по ветру. Но вспомнив, что город сделал с тобой, что Авия Пратт планирует предпринять против меня, я чувствовала, что яблоко превращается в животе в тяжелый камень.
Теперь, когда я начала регулярно чистить Фантом, ее шкура стала более мягкой, а грива заблестела. Мне нужно было придумать, как найти денег, чтобы заплатить Горацию Брону за то, чтобы он ее подковал.
Из города снова послышался звон свадебных колоколов. Церемония закончилась. Мария и Леон стали перед богом и людьми одним целым.
Я скормила Фантом свой огрызок и направилась к твоему дому.
Тебя не было. Тебя не было целый день, и я начала волноваться.
В сумерках я пошла искать тебя в лесу. Удары твоего топора я услышала еще до того, как тебя заметила. Ты рубил дерево. Работа над пристройкой продолжалась.
В это время суток сказки про лесных чудищ и магию кажутся не совсем сказками. Тени от деревьев были похожи на призрачные пальцы. Это не слишком удачное время, чтобы бродить по лесу в одиночестве.
Твоя работа пойдет быстрее, будь у тебя помощник с пилой. Но ты в потемневшей от пота рубашке работал с исступлением. Рядом лежали еще два срубленных дерева. Пни торчали из опавшей листвы как сломанные зубы. На одном из пней я заметила открытую бутылку, рядом дремал Джип.
Топор все стучал, щепки летели во все стороны. Никто не может выдержать такого напряжения. Мне очень хотелось, чтобы ты остановился. Чье лицо видится тебе в листве?
Дерево заскрипело, затрещало и упало. Вокруг поднялось облако оранжевых листьев, холодный ветер кинул их прямо на тебя.
Ты тяжело дышал. Вытерев пот со лба рукавом, ты подошел к следующему дереву и прижался лицом к его коре.
Ты сел на землю. Как ты похож сейчас на того мальчика, которым я тебя впервые увидела. Джип свернулся калачиком рядом.
Ты весь вспотел, а ветер был таким холодным.
Ты прилег в небольшой впадине, но топор из руки так и не выпустил. Я заволновалась, это с тобой происходит что-то странное. Неприятности свалились на тебя со всех сторон: насмешки молодых парней, женские сплетни, свадебные колокола и воспоминания, но ты и бутылка – вещи несовместимые.
Через какое-то врем тебя сморил сон.
Ты болен и до смерти устал. Ты бы не проснулся, даже если рядом с тобой упало дерево. Нельзя допустить, чтобы ты прямо здесь и умер.
Мне следовало тебя разбудить или убить нас обоих.
Но у меня в голове созрел лучший план: утром ты сильно удивишься, а мне будет очень приятно.
Я сбегала к тебе домой и принесла одеяла. Я накрыла тебя и подоткнула его со всех сторон. Ты ворочался и что-то бормотал, но так и не проснулся. Я осторожно вытащила топор из твоей руки и положила рядом.
Ветер был пронизывающим, а ты вспотел.
Тут мне в голову пришла такая невероятная и пугающая мысль, что я даже перестала дышать. А что, в конце концов, может случиться?
Солнце зашло, мы в полной темноте. Я сняла чепец и накидку. Ветер набросился на мое тело, обдав морозом разгоряченную кожу, растрепал волосы.
Я забралась к тебе под одеяло и легла рядом. Земля была такой холодной. Я прижалась к тебе спиной. Меня охватил восторг.
Земля перевернулась.
Твое сонное дыхание шевелило мне волосы. Я вжалась в тебя еще сильней, боясь, что каждый мой вздох, каждой удар сердца может тебя разбудить.
Я посмотрела на небо и увидела звезды, бесстрастно взирающие на нас сверху. Они далеко, им неведомо, что такое грех или страх. Под одеялами нам вместе было теплее, да еще и Джип улегся у нас в ногах.
Звезды напомнили мне, что я не только грешница, но и воровка. Я украла у тебя прикосновения, которые ты не собирался мне дарить.
Но ты об этом никогда не узнаешь.
Тебе нужно тепло.
Ночь в лесу делает многое возможным.
Блаженство и агония. Я украла себе блаженства у твоей агонии.
Каждый звук, доносившийся из леса, заставлял меня нервничать.
