– Мы можем узнать про это совершенно точно, – успокоила я Димыча и разом приунывшего Толика. Он-то явно не горел желанием звонить лишний раз своей чрезмерно разговорчивой матушке. – И главное, прямо сейчас. Надо просто позвонить Марише.
Как я сразу не вспомнила про Маришу, ума не приложу. Это ведь кладезь самой разнообразной юридической информации.
Мариша, бывшая моя однокурсница и многолетняя подруга, работает секретарем в адвокатской конторе. Это только на первый взгляд должность секретаря совсем незначительная. На самом деле, многое зависит от личных качеств того, кто эту должность занимает. Вот Мариша, например, натура очень деятельная. К тому же умница и очень практичный человек. Она прекрасно помнит, что знаний и умений не бываетмного, поэтому не упускает возможности научиться чему-то новому. Она вообще всегда хорошо училась. И прекрасно структурировала информацию. Лекции в институте я предпочитала списывать именно у нее.
Обладая такими полезными в жизни качествами, Мариша не могла быть просто секретаршей. Просто отвечать на телефонные звонки и готовить сотрудникам кофе.
В первые же полгода работы она настолько поднаторела в элементарных юридических вопросах, что при необходимости консультировала посетителей самостоятельно, давая профессиональным юристам возможность разбирать более интересные и запутанные дела.
В конце концов ее начальник существенно прибавил ей зарплату, а в офис купил навороченную кофемашину, чтобы Маришу не дергали по пустякам.
В общем, если мне надо было на скорую руку проконсультироваться по какому-то юридическому вопросу, я не к Димычу обращаюсь, а к подруге-секретарше. Особенно, если вопросы эти касались правильного оформления каких-либо бумажек.
Сейчас был как раз такой случай.
Димыч придвинул ко мне телефонный аппарат, включил его на громкую связь и сделал приглашающий жест рукой.
Мариша взяла трубку после четырех обязательных гудков, но вместо нее я услышала незнакомую тетку.
«Я вас выведу на чистую воду! Вы еще пожалеете, что со мной связались! Думаете, мы за себя постоять не сможем, что ли?» – невидимая собеседница взмывала голосом все выше, срываясь на откровенно истерический визг.
Может я не туда попала? Сверила высветившийся в окошечке телефона номер – нет, все правильно. Куда же Мариша подевалась? И что за баба теперь сидит на ее месте? С ума они там посходили, что ли? Заменили вежливую и воспитанную Маришу на какую-то истеричку.
– Слушаю! – пробился сквозь теткины вопли родной Маришкин голос.
– Кто это у вас так орет?
– А, это ты, – узнала меня подружка. – Не обращай внимания, это клиентка бушует.
– Что вы ей сделали?
– Пока ничего. Не успели еще. Она к нам прямо из милиции прибежала. Вот такая взвинченная. У нее сына с партией наркоты прихватили в ночном клубе, вот она и бушует.
– Так а на вас-то зачем орать? Адвокат ведь соночка защищать будет.
– Она не разобралась еще, похоже. Ничего, скоро успокоится. У тебя срочное что-то? Если нет, давай попозже. Я сама тебя наберу, когда тетенька поутихнет немного.
– У меня очень срочное, – заверила я. – И очень важное. Скажи, чтобы вывезти ребенка за границу нужно какое-то разрешение от отца?
– Конечно. Нужно нотариально заверенное разрешение на выезд от обоих родителей. Если ребенок с одним из родителей выезжает, тогда только от второго. Без этого не выпустят, даже если с родной матерью.
– Значит, если отец не хочет такое разрешение подписывать, то мать не сможет уехать за рубеж?
– Сама сможет. А вот ребенка вывезти ей не дадут.
– И что делать, если отец против?
– Не знаю. Уговаривать, деньги предлагать. Запугивать или на жалость давить. Но без этой бумажки ничего не получится. Таких случаев полно. Особенно, если родители разведены, и отношения у них плохие.
– Мариш, а если отец у ребенка умер?
– Тогда мамаше повезло. Хоть так и нельзя говорить, конечно. В этом случае надо просто копию свидетельства о смерти предъявить.
Димыч хлопнул по кнопке отбоя, прерывая наш увлекательный разговор.
– Когда Кузнецова улетает?
– Сегодня, – Толик порылся в бумажках у себя на столе и, найдя нужную, уточнил, – через полтора часа.
– Значит, сейчас она уже в аэропорту. Через полчаса регистрация начнется. Можем еще успеть.
Они сорвались с мест все разом, не сговариваясь. Даже организовали небольшую толчею в дверях, когда пытались протиснуться туда одновременно.
Через несколько секунд я осталась в кабинете одна-одинешенька, с телефонной трубкой в руке.
А чего я, собственно здесь сижу?
Вниз по лестнице я летела, грохоча, как пьяный барабанщик, и чертыхаясь во весь голос. Вот зачем, спрашивается, я надела сегодня туфли на каблуках? Да еще выбрала повыше, поэффектнее. Хотелось сразить всех не только новостями, но и умопомрачительным внешним видом. Сразила, ничего не скажешь. Теперь вот топочу, как горная козочка, рискую сломать обе ноги разом.
И ведь главное, не подождет никто. Они вообще про меня забыли, как будто это не я помогла вычмслить убийцу. Обидно!
