Неожиданно она бросилась к нему, обняла за шею крепко, вытянувшись на мысочках. Стояла так долго, упершись ему в горячую шею, чувствуя и его пульс, и биение своего сердца.
Он так и не обнял ее.
– Ты наказываешь меня!
– Нет.
– Ты не любишь меня!
– Мне всего шестнадцать.
Он осторожно отодвинул ее от себя и улыбнулся.
– Знаешь, – стащил через голову свитер вместе с майкой, поднял руку, – знаешь, а дыра заросла! Когда-то она внезапно появилась, а сейчас так же незаметно исчезла… Вот ведь…
– Я умру! – Она села на мокрый асфальт.
– Почему? – искренне удивился он. – Ты заболела?
– Мама моя!!! – завыла она от бессилия, понимая что перед ней стоит совершенно другой человек. Обычный шестнадцатилетний мальчишка, который еще несколько недель назад казался ей могучим мужчиной. Предмет любви исчез, а фантомная боль столь сильна!
– Ну, я пойду?
Она молчала в ответ и сидела, опершись руками о бордюр.
Он пошел – и ушел.
Алина вернулась в квартиру, подаренную ей Нестором, и остаток ночи лежала в горячей ванне, а бородатый Мебельщик поил ее сладким шампанским. Она развратно смеялась, соглашаясь на пограничные сексуальные эксперименты, о которых он не смел мечтать, а потом попыталась наглотаться воды из ванны. Ей почти удалось захлебнуться, но Мебельщик вытянул ее на ковер, откачал и еще долго припоминал Алине, что когда-то спас ей жизнь.
В ту ночь в ее сердце попала острая и ледяная игла. Она прожила всю жизнь с Мебельщиком, а он называл ее всю жизнь Каем. Так они и называли друг друга: она его – Мебельщиком, он ее – Каем…
Мебельщик никогда не просил сменить постельное белье…
Через неделю, в пятницу утром, Анцифер, стараясь, как мать, исчезнуть тихо, тайком покинул квартиру. Перед этим с величайшей осторожностью он засунул под кровать Ивана Хабибовича Оздема свой самодельный телескоп. Анцифер подумал, что брат есть брат, хоть и не сафроновских кровей! А вдруг?.. В аэропорту он купил билет до столицы Башкортостана и уже к вечеру вышел из здания уфимского аэровокзала. Ему пришлось пообщаться с милиционерами и отдать башкирам последние две тысячи рублей. Сержанты, спрятав деньги, в унисон подумали: какой странный русский парень. С отрешенным взглядом, он казался нездоровым психически и опасным… Ну да хер с ним!.. Видали они всяких опасных!..
А потом Птичик пошел на юго-запад.
Одетый в легкую спортивную куртку, потертые джинсы, без головного убора, он рисковал замерзнуть уже через пятнадцать минут, так как время было осеннее и на дороге лежал снег. Но ноги юноши, обутые в кеды, шагали скоро, и он быстро удалялся от аэровокзала.
Анцифер впервые находился на Урале, но, казалось, он точно знал направление, в котором шел. По его прикидкам, расстояние до цели составляло что-то около пятисот километров, и преодолеть маршрут он рассчитывал за десять дней.
Если бы его спросили, куда он идет, молодой человек затруднился бы с ответом. Юноша ответил бы, указав пальцем, просто: «Туда, так мне отец объяснил!» Но скорее всего он вообще ничего бы не ответил.
Во время похода все мысли Анцифера были короткими и ненужными, будто смерзлись кирпичиками. Он не мог ни о чем думать сложно, лишь время от времени слышал наставления отца:
– Учалинский район!
На третий день перехода в него стреляли. Оказалось, что местный охотник, башкир на лыжах, спутал его с лосем.
– Я чуть было тебя не убил! – признался местный промысловик и, оглядев встречного путешественника, поинтересовался: – Ты откуда такой взялся?
Птичик молчал, взгляд его был рассеянным, и охотник подумал, что встречный отморозил себе голову. Как-никак минус тридцать.
– Есть хочешь?.. У меня заяц в рюкзаке. Разведем костер и сварим!
Анцифер скользнул мутным взглядом по фигуре охотника да и пошел себе дальше.
Охотник в сердцах выстрелил из обоих стволов в лесную чащу, а неблагодарный юноша даже не вздрогнул.
«Мутант, – подумал охотник. – С Чернобыля… Будет что рассказать жене…»
Странно, но мороз вовсе не страшил Анцифера. По всем законам биологии он должен был давным-давно замерзнуть насмерть, ан нет, законы природы в его случае, похоже, не действовали.
Отец сказал – значит, он дойдет!
На шестой день Птичику повстречались горы. Не сомневаясь, он пошел через них, вверх-вниз, словно перелетная птица, в голове которой установлен навигатор.
За шесть дней пути Анцифер ни разу не остановился. Он не ел, не опорожнялся и не отдыхал. Шел, торопился, как будто отец назначил ему прибыть в определенный срок.
