Случившееся не поддаётся никакому логическому объяснению. Её лакей применил прямо при ней все стихии, от чистой силы до света и тьмы. Не существует людей, знающих более пяти элементов, и даже тех называют небесными гениями, но он знает все девять… Как же тогда его следует назвать? Посланник бога?
Сегодня с утра она считала, что одолеет его за пару секунд, потому что её ключ чистой силы гораздо чище, соответственно, удары сильнее и скорость движений выше, но её настигло неприятное разочарование. Он уже развился на две ступени…
Ради победы пришлось раскрыть свой новый талант в виде освоения стихии воды, заодно тыкнуть его носом в пол, указав кто из них талант, а кто бездарность. Как наивна она была… Он указал ей кто она и что из себя представляет. Он подавил её, как ребёнка. Кто она по сравнению с человеком, обладающим всеми стихиями, идеально чистыми ключами и множеством боевых кулаков? Посредственность, не стоящая ни малейшего упоминания. Она будто пыль под его ногами. Её разрывало сначала чувство жалости к самой себе, а следом прожигала нестерпимая зависть.
Если изначально она считала его рабом, не заслуживающим даже мимолётного взгляда, а потом полезным, но все еще незначительным лакеем, то сейчас её отношение к «мастеру» полностью изменилось. Она всё ещё ненавидела его, но более не смела недооценивать. Она призналась самой себе, что является менее талантливой, чем он, но вовсе не ниже по положению. Невольно вспомнились те деньки, когда сестра ещё не сбежала. День ото дня она чувствовала схожие чувства… Смотреть на то, как Эльза становиться всё сильнее, а она всё дальше; понимать и осознавать свою полную беспомощность и бесталанность… Это было невыносимо.
{И все равно он не более, чем мой слуга!} — убедила она себя окончательно и бесповоротно. Пусть он будет хоть в тысячу раз талантливее, но будучи рождённым среди мусора, он не сможет стать истинным благородным господином. Он всегда будет ниже её по статусу, и это очень успокаивало, усмиряло необъятное чувство зависти. Ласкало волнующуюся в смятении душу.
Вспомнилось то тепло, к которому она тянулась в конце приключения в гробнице. Выходит, что это была стихия жара? Ей стало зябко. Приятное чувство, которому она полностью отдалась, было делом рук этого ненавистного паразита. Как мерзко…
Вскоре самообладание и здравомыслие к ней вернулись. Она сделает всё, чтобы заполучить от слуги очистку ключей, а когда станет повелителем всех стихий, обязательно освободится от его оков, превзойдёт в развитии и раздавит силой, чтобы доказать себе, что она лучше. И все вернется на круги своя, ведь она — госпожа из знатного и могущественного рода, а он, как ни крути, — жалкий раб-простолюдин.
Кён вот уже третий час усердно практиковался в освоении продвинутых разрядов стихий, когда услышал хорошо знакомый ему скрип ворот.
Юнона посмотрела на юношу кротким взглядом. Ни капли надменности или презрения.
«Мастер, расскажите, пожалуйста…»
«Я тебе ни-че-го не скажу.» — сразу прервал её Кён.
Юнона расстроенно поджала губы.
«Тогда… Мастер, можно с вами потренироваться?»
«Да, но я буду сурово наказывать тебя за слабость.»
Юнона неуверенно кивнула.
«Если с вами я научусь сражаться против практиков, обладающих разными стихиями, а также повышу свои боевые кулаки, то это того стоит.»
Кён был вполне удовлетворен на удивление логичным ответом девочки. Однако теперь избивать её будет не так интересно. В любом случае во время совместных тренировок скорость развития значительно возрастает. К тому же ему нужно познать продвинутые разряды стихий (помимо света) и придумать технику движений, чем он и планировал заняться ближайшую неделю.
Начался спарринг.
Ветер, вода и земля позволяли Кёну маневрировать во время сражения настолько непредсказуемо, будто он обладает несуществующими 13-ти боевыми кулаками, из-за чего уже на десятой секунде боя девушка даже со значительным преимуществом в скорости была запросто сбита с ног, не успев отпрянуть.
Она попыталась встать, быстро кувыркнувшись в сторону, но Кён грубо впечатал ей с ноги в грудь, выбив из своей рабыни болезненный стон.
«Ты только что сдохла. Я мог создать в стопе каменный шип, который пробил бы твою грудную клетку.»
Юнона поднялась на ноги, глаза, как обычно, на мокром месте — то ли от боли, то ли от обиды.
Битва продолжилась.
Очередные десять ловких и стремительных движений, и Кён ухитрился схватить Юнону за шею и снова вбить в пол, как будто она хилый ребёнок, сражающийся против взрослого.
«Второй раз сдохла. Я мог испепелить тебе шею, заморозить или заставить гнить атрибутом тьмы.»
Юнона с трудом поднялась, её колени дрожали. Казалось, она сражается с непобедимым монстром.
И вновь в бой.
Всего через пять движений Кён хитростью создал маленькую кочку под ногой Юноны, из-за которой девушка, запнувшись, потеряла баланс и упала.
Она рефлекторно хотела встать на ноги, но вся поверхность пола оказалась во льду, что снова заставило её потерять равновесие.
Кён же в этот момент навёл ей на шею длинный острый адамантий, напоминающий меч.
