Раздался какой-то звук. Легкий звон, но я не обратил внимания, пока не услышал шаги по деревянному полу гостиной. Я резко открыл глаза. Вскочил с кровати и натянул плавки из первого попавшегося под руку ящика. Сердце ушло в пятки. Лея прошептала что-то невнятное, все еще в полусне. Я пересек комнату двумя прыжками и схватился за косяк двери. И черт. Черт. Черт.
Джастин недоверчиво смотрел на меня с ключами в руке. Брат скользнул взглядом по одежде, которую мы накануне раскидали по дороге в спальню, потом по пустой спальне Леи и, наконец, по мне.
— Какого черта, Аксель? Какого черта?..
Он поднес руки к голове, и я закрыл дверь, молясь, чтобы Лея не вышла в этот момент, хотя эту ситуацию уже ничего не могло ухудшить. По лицу Джастина было понятно, что объяснения не понадобятся, он уже все и так знал.
Я медленно сглотнул слюну и почти не мог дышать.
— Я же говорил, что ключ только для экстренных случаев.
— Черт! Это все, что ты можешь мне сейчас сказать? Ты совсем с ума сошел? Голову потерял? Из всех идиотских вещей, которые ты делал в своей жизни, я тебе клянусь, что это… это переходит все границы. Ты сам это понимаешь вообще? Ты выше всего этого, сначала ты, а потом все остальные.
— Понизь свой чертов голос. Ты ее разбудишь.
Джастин удивленно посмотрел на меня. Черт возьми, из всего, что я мог сказать в тот момент, это не самое лучшее, но я был испуган, рассержен и ошарашен как никогда. Я прикусил язык, чтобы не ляпнуть еще какую-нибудь глупость, и вышел из дома через заднюю дверь. Брат двинулся за мной. Утреннее солнце блестело в небе. Я шел по тропинке, пока трава под ногами не превратилась в песок. И тогда я остановился, глубоко вздохнул пару раз, не отводя взгляда от моря.
— Это не то, что ты думаешь, это не глупость…
Ветер ворошил каштановые волосы моего брата.
— Так объясни мне. Сделай так, чтобы я понял. Я не знаю, как все это осмыслить, Аксель. Мне никогда и в голову не могло прийти…
— Мне тоже. Не знаю, Джастин. Просто так случилось. Что тебе сказать? Я влюбился в нее. Я не хотел, но я не понимаю, почему это плохо. Мне так не кажется.
— Черт, Аксель… — Он отошел на несколько шагов.
Я дал ему время. Стоял посреди пляжа, пока Джастин ходил туда-сюда с нахмуренным лбом и периодически ругался. В любом другом случае я бы рассмеялся, но в тот день мне было не до смеха. Я подошел к брату, когда понял, что больше не могу терпеть.
— Джастин, скажи что-нибудь. Что угодно.
— Ты влюблен в нее? — Он серьезно посмотрел на меня.
— Не заставляй меня повторять это.
— Не веди себя как придурок, Аксель. Ладно, допустим, это произошло, такое случается, но это не убирает самый важный вопрос: тебе нужно поговорить с Оливером. Срочно.
— Не могу. Пока нет.
— Почему? — Он скрестил руки на груди.
«Черт, потому что потеряю его». «Потому что ненавижу слово “последствия”». «Потому что я боюсь того, что может произойти».
— Мне нужно найти способ сказать ему это. Нужно, чтобы он меня понял. Смотри, как ты отреагировал, и это все усложняет в тысячу раз. Не так все просто, понятно? Сначала я хотел посмотреть, к чему это все приведет, а сейчас… Сейчас все еще хуже.
— Ты по уши влип.
— Да знаю я, Джастин, черт возьми! — закричал я рассерженно.
И тогда вместо какой-нибудь глупости в своем стиле он подошел и обнял меня. Я так и стоял, немного холодный и отстраненный. Я уже забыл, когда мы в последний раз обнимались. Я постучал его по спине, все еще удивленный, и не стал прерывать объятие, вспомнив слова отца о ревности Джастина, когда мы ходили ужинать. Джастин посмотрел на меня и сжал мое плечо.
— Все будет хорошо, вот увидишь. Кто еще знает?
— Никто.
Он поднял брови.
— Что ты ожидал? Черт.
— Хорошо. Ну… ладно… не знаю…
— Ты не должен ничего делать, — пояснил я.
— Да, но, если тебе нужно поговорить или что-то такое…
— Позвоню. Спасибо, Джастин. — Мы пошли домой. — Кстати, зачем ты пришел? И дай мне ключи. Ты нарушил правило.
— Я не собираюсь возвращать тебе их. У меня выдалась свободная минутка, я подумал, что ты катаешься на серфе, и захотел, просто решил составить тебе компанию и взять у тебя пару уроков. Я позвонил тебе, но ты, конечно же, не взял трубку.
— Зачем тебе уроки серфинга?
— Почему бы и нет? — Брат вызывающе посмотрел на меня.
— Разве ты не бросил это дело лет двадцать назад, например?
— Никогда не поздно вернуться. На днях я услышал, что Эмили привлекают туристы-серферы. Думаю, она говорила по телефону с подругой. И дело в том, что я не могу выбросить это из головы. В последнее время мы мало занимаемся любовью из-за детей, и — посмотри на меня — у меня вылез живот, а еще, я думаю, через пять лет я потеряю волосы, это в лучшем случае.
Я засмеялся, а Джастин стукнул меня в плечо.
— Ты чертов счастливчик. Выброси эту дурь из головы. Что общего между тем, что ей кажутся привлекательными туристы, и вашими отношениями? Это разные вещи, Джастин. И тебе чертовски повезло, что у тебя есть женщина, которая обожает тебя, а еще она веселая, умная и сексапильная.
— Хватит говорить так об Эмили.
— Прекрати занудствовать.
