Вы пробовали когда-нибудь понять, что творится в голове у писательниц? И не пробуйте! Там происходят страшные вещи! Теряются скрижали, рушатся миры, и многострадальные персонажи из разных романов и рассказов объединяются, чтобы уговорить Её не бросать писать. Иначе все исчезнет!
– Эй, есть здесь кто-нибудь?
Длинноволосый парень застыл перед изуродованным небоскрёбом. Свечку здания будто рубанули огромным ножом наискось, место среза пузырилось, плавилось и шипело. Бросаясь огненными молниями, в небе проплыла стая гигантских бабочек. Искра угодила на башмак, прожгла насквозь. Парень отпрыгнул и начал застёгивать камзол на все позолоченные пуговицы.
Чья-то крепкая рука схватила его за шкирку, швырнула на почерневший от пожарища остов танка.
– Вы все там такие идиоты? – прошипел мужчина в серебристом комбинезоне и мотнул бластером в сторону остроконечных башен на горизонте.
Парень обиженно молчал.
– Чего суёшься через границу? Марш обратно в свою мистическую...
– С вашего позволения, магическую реальность, господин...
– Какой я тебе господин?! Капитан Джейк!
– Луан! – Парень поклонился и быстро зашептал: – Капитан Джейк, нам было знамение – баланс сил в мире нарушен, мы все умрём, если...
С неба полыхнул язык пламени, останки танка крякнули и разлетелись в труху. Капитан толкнул Луана под навес разграбленного супермаркета.
– Вот сейчас мы точно умрём! Без всяких «если». И чем прикажешь от огнемёток отстреливаться? Танк Она придумала! Какой, к чёрту, танк? Это же космоопера! Аннигилятор слабо забабахать было?! Хорошо хоть про бластер вспомнила... – Капитан выдохнул, пытаясь успокоиться, и бросил ошарашенному Луану: – Чего глазища вылупил? А, они у тебя просто на пол-лица, – хмыкнул, – тоже Её работа?
На лице Луана отразилась смесь гордости и смущения. Он откашлялся, прочищая горло.
– Капитан, с древними скрижалями не шутят! А там магическим языком по взаправдашнему пергаменту написано: «Мир спасут трое не от мира сего».
– Я-то тут при чём? – огрызнулся Джейк, – ты вот точно не от мира сего.
– Знаю, – снова засмущался Луан, – мне так с рождения все говорили. Но нужны трое. Вот и пошёл через границу – искать остальных.
–Парень, здесь нет никаких скрижалей! Только эти чёртовы инопланетные твари. – Капитан проводил взглядом очередной косяк бабочек. – И по Её задумке я должен их уничтожить. Сам. Почти без оружия. Господи, ну почему ты не дал бабам ума!
– Черти и боги – понятие весьма относительное. Зря вы, капитан, к ним взываете. Всё добро и зло в нас самих!
– Ты, философ не от мира сего, заткнись, а! – Капитан развернулся и побрёл по освещённой вспышками площади.
Луан побежал следом.
– Не верите мне, посмотрите вокруг! Мир исчезает. У нас вон ратуша средь бела дня рассосалась. Признаться, я не очень любил господина бургомистра, но исчезнуть вот так – за обеденной трапезой, не попрощавшись с родными...
– Какой, мать его, бурго... – Капитан оглянулся на Луана, посмотрел за плечо юноши и осёкся.
Луан повернул голову – площадь по кирпичикам проваливалась в бездну, свечка небоскрёба стремительно оплывала. Только разноцветные бабочки, казалось, стали ещё ярче и летели прямо на них.
– Я же говорил, исчезает! – Луан выудил из-за пазухи карту, оторопело уставился на замысловатые закорючки и острые изломы линий. – Ничего не понять! А совет мудрецов уверял, что будет озарение, и я увижу путь.
Капитан заревел, грубо вытолкнул Луана вперёд.
– Двигайся живее, умник, если не спешишь на встречу к вашему, как его там... бей... канистру...
– Бургомистру, с вашего позволения.
Луан ещё раз оглянулся, охнул и пустился наутёк.
***
Граница переливалась многоцветьем; воздух дрожал, размывая очертания опустевших домов и выжженных улиц. Бабочки-огнемётки налетали на невидимую преграду, заполошно мотали крыльями и тыкали хоботками в радужные всполохи.
А по эту сторону от границы вырастал запруженный людьми квартал. Прохожие бежали, не глядя друг на друга, время от времени толкая то Луана, то Джейка. По широким мостовым неслись авто, гудели клаксоны.
– Как ты это делаешь? – спросил Джейк, указывая на цветастый ковёр насекомых за спиной. – Границы, чёрт побери, всегда были закрыты!
– Не знаю, – пожал плечами Луан. – Дома никто не объяснял сути вещей, все просто случалось, как хочет Она.
– И не надоело – на поводу у бабы жить? – Джейк смачно сплюнул, провёл рукой по светлому ёжику волос. – Ты это, философ, прости. Сам терзаюсь. Должен был свалить проклятых огнемёток. И сбежал. Трусливо сбежал!
– Не расстраивайтесь, капитан! – сочувственно отозвался Луан, – вы станете орудием в руках Высшего Смысла! Мы же идём спасать мир!
Джейк скрипнул зубами. Судя по виду капитана, у него было своё, альтернативное мнение, касательно высшего смысла, спасения мира и в особенности персоны Луана.
Но тому было не до Джейка: Луан зачарованно смотрел, как на приграничной стене растёт радужный пузырь, лопается, и из него кубарем вылетает щуплая девушка с удивлёнными чуть раскосыми глазами. Волосы незнакомки торчали в разные стороны, как перья в хвосте всполошившейся вороны.
– Тысяча дохлых бабочек! – пролепетал капитан за спиной у Луана.
Девушка отряхнула длинную юбку, зябко повела плечами и поглубже запахнула мешковатую, будто снятую с чужого плеча, куртку. На шее свернулся в три слоя шарф – по пестроте окраса он ничем не уступал огнемёткам.
