Майкл спокойно повернул голову в сторону говорящего, словно только что услышал старого друга. Он не опасался чего-то резкого и постороннего. Сейчас он был спокоен и рад, а в такие моменты, весь мир преображается под собственное настроение.
Недалеко от пары стоял человек в плотной чёрной мотоброне. На голове его красовалась каска военного образца, а лицо было прикрыто маской химической защиты. Человек походил на живую тень. Не было видно его глаз или любого другого цвета в его одежде. Это был просто силуэт. Из-за спины человека в чёрном торчал ствол длинной снайперской винтовки. Она возвышалась почти на целый метр над головой своего хозяина. Это был тот самый стрелок.
Глава 8. Храм науки
Диалог между Марией, Майклом и незнакомцем начался только тогда, когда они покинули пустые улицы. До этого они успели переброситься парочкой фраз между собой, но и с этим смогли прийти к общей мысли. Сейчас же вся троица остановилась в комнате придорожного отеля. Как до этого дошло? Всё просто: человек со снайперской винтовкой просто предложил покинуть город, настолько быстро, насколько это было возможно. Он непринуждённо заговорил с скованной в объятии парой, будто каждый день наблюдал такую картину. Этот человек был спокоен, не излучал агрессию и опасность. Даже несмотря на то, что в его поведении и голосе прослеживался какой-то мрачный и неприятный холод, в нём всё же была крупица человечности. Ему хотелось верить, с ним хотелось общаться, и даже просто находиться с ним в одной комнате, не говоря друг другу и слова. Всё это уже было бы приятно.
Больше всего, следуя за Стрелком, Майкл обращал внимание на Марию. Он предполагал, что из-за прошлого девушки, она прекрасно могла воспринимать новые знакомства и видела людей насквозь, лишь раз увидев их. Мария будто бы проявляла слишком горячий интерес к новому знакомому, даже больший интерес, чем к Майклу. То, при каких обстоятельствах все трое встретились, никого не смутило.
— Так значит, вы просто путешественники? — спросил Стрелок.
Они все поместились в тесной комнате, которая была чересчур пыльной и слегка затемнённой. Грязь на окне успела так плотно скопиться, что почти не пропускала свет. Силуэт незнакомца сливался с тенями внутри комнаты. Он держал своё ружьё недалеко от себя, достаточно чтобы не смущать находящихся поблизости людей, и иметь возможность воспользоваться им при необходимости.
Незнакомец выбрал место достаточно далеко от той точки, откуда все они вышли. Это было в противоположной стороне от изначального направления Марии и Майкла, но они с глубоким спокойствием последовали за своим новым знакомым. Майклу это понравилось. Он наконец-то следовал за кем-то, а не сам ввёл. Он ощущал лёгкость в походе и свободу. Это было приятно, довериться кому-то, ощущать то, что о тебе могут позаботиться, что за тобой внимательно следят, и ты не пропадёшь.
— Да, — коротко ответил Майкл.
Он сидел ближе всех к Стрелку. Между ними было чуть больше метра — подходящее расстояние для разговора с потенциально опасным человеком. Майкл всем телом наклонился к незнакомцу, слушая и разглядывая его. Ему не удавалось скрыть свою слегка наивную заинтересованность. Может, он и не хотел этого скрывать. В конечном итоге он ни на что не обращал внимания, кроме как на самого Стрелка.
— Я удивлён, что ещё остались люди. Тем более те, кто по-прежнему заходят в города. Вам крайне повезло, что ничего плохого не случилось.
Из-за его шлема с маской, тяжело было понять, куда смотрит этот человек. Он совсем не двигался: сидел неподвижно и умиротворённо, как статуя, словно был частью интерьера. Он мог смотреть на Майкла, мог взглядом сверлить Марию. Он был живой загадкой в обличии объёмной тени. Дух, выбравшийся из пучин тьмы. Его вид и поведение противоречили тому, каким должен быть человек в такое необычное время, и, это заставляло сомневаться в ясности происходящего. Параллельно этим пугающим мыслям, Майкл испытывал неописуемый интерес к этому человеку. Противоречия в Стрелке и окружающем мире были настолько сумбурны, что были даже отчасти комичными, и, Майклу это нравилось до безумия.
— У нас были кое-какие дела в городе. А что ты там делал? Охотился?
— Охотился. И как мне кажется, ты прекрасно видел, на кого.