Участок дифференциального денакопления представляет собой «опасную зону», т. е. период, в течение которого энергетический конфликт может разразиться на Ближнем Востоке. Фактическое начало конфликта отмечено знаком взрыва. Индивидуальные конфликты перечислены в примечании под графиком.
На графике показаны три стилизованных паттерна, которые практически не изменились за последние полвека:
• Во-первых, и самое главное, каждому энергетическому конфликту, кроме одного, предшествовало то, что доходы Нефте-Ядра отставали от среднего. Другими словами, для того чтобы разразился энергетический конфликт на Ближнем Востоке, ведущие нефтяные компании сначала должны дифференцированно денкапливаться[29]. Единственным исключением из этого правила является всплеск «арабской весны» 2011 года и последующее расцвет «аутсорсинговых войн» (наш термин для продолжающихся боевых действий в Ливане, Сирии и Ираке, которые финансируются и поддерживаются множеством правительств и организаций в и за пределами региона). Этот раунд произошёл без предварительного дифференциального денакопления, хотя Нефте-Ядро было очень близко к падению ниже среднего. В 2010 году его дифференциальный доход с капитала упал до 3,3 процента по сравнению с 71,5 процента в 2009 году и колоссальных 1114 процентов в 2008 году.
• Во-вторых, за каждым энергетическим конфликтом следовало то, что нефтяные компании превосходили среднее. Другими словами, войны и конфликты в регионе — процессы, которые обычно обвиняют в том, что они потрясают, искажают и подрывают совокупную экономику, служили дифференциальным интересам крупных нефтяных компаний за счёт ведущих ненефтяных фирм[30]. Этот вывод, хотя и поразительный, не должен удивлять нашего читателя. Как мы уже видели, дифференциальная прибыль от нефти тесно связана с относительной ценой на нефть (График 3); относительная цена на нефть, в свою очередь, сильно зависит от восприятия «риска» на Ближнем Востоке, реального или мнимого; эти представления о риске имеют тенденцию к скачкам при подготовке и во время вооружённого конфликта; и поскольку риски возрастают, они повышают относительную цену на нефть и, следовательно, увеличивают дифференциальное накопление нефтяных компаний.
• В-третьих, за одним исключением, в 1996-1997 годах Нефте-Ядру так и не удалось превзойти среднее значение, если сначала в регионе не случалось энергетического конфликта[31]. Другими словами, дифференциальные показатели нефтяных компаний зависели не от добычи, а от самой крайней формы саботажа: войны[32].
