Всё как у людей полностью

Полпред улыбнулся, склонил голову набок и слегка прикусил губу. Денис услышал, как завозился за спиной Шайхельисламов, но оборачиваться не стал, внутри все распахнулось, стало чистым и ясным до рези, и в этой свежей пустоте короткими, но невозможно яркими вспышками возникло: «Эх, хвост, чешуя. Поаккуратнее надо, пацан. И не зазнаваться. Меньше выпендрежу, больше пиетету. Понял, нет, стег?»

Денис дернулся всем телом, но не рукой, руку будто заклинило пучком склещившихся арматурин. Сайфиев попытался посмотреть на этот пучок сквозь марево, растекшееся по сетчатке, и едва удержался на ногах: голова ухнула к полу, а пол поехал вбок – в его, Дениса, бок. Инспектор поспешно шагнул сам не зная куда и плюхнулся во второе гостевое кресло – в первом медленно приходил в себе еще не привыкший к ультра-звуку ГФИ.

Полпред уже удобно растекся за хозяйским столом и, благожелательно улыбаясь, говорил в телефон:

– Здоров, Дмитрий Сергеич. Короче, с меня Blue Label. Ну, не знаю куда. Не мои проблемы. Наше дело левое: проиграл – плати. Ну да, по тому поводу. Мегаисточник, просто под конвейер. Да вообще без мумие. И даже никаких углеводородов, как ты и говорил, – просто вода и, по ходу, без суспензирования. Ну. Да хоть залейся. И действие чуть не мгновенное. Я серьезно. Так что все, место под партшколу есть. Ага. Ну, пока только травоядные, типа стегов. Ну, не всем же рексами. А это, ваше благородие, уже называется головокружение от успехов. Потом, пусть партайгеноссе уж лучше травоядными будут. Наррмальна. Дмитрий Сергеич, при таком идейном руководстве, как у тебя, никакого естественного отбора уже… Ну да. Ну да. Да хоть сейчас. Райцентр, если я правильно понимаю, готов и морально, и физически. Да само собой: уже едем. Погляжу, с коллегами обсудим. – Он подмигнул закостеневшим подчиненным, легко поправил чуть съехавшее лицо и продолжил: – Пансионат там какой-нибудь есть, это уж в обязательном порядке, для первой стадии, ха, учебы, пойдет, а ясельки за пару месяцев и без молдаван построим. Но уже можно докладывать, я думаю. Ага. Да, вечером. Что? Не понял. Дима, я умоляю – цифра наш уровень не держит, говори по-старому. Вот и ладушки. Жму руку.

Полпред положил трубку на стол, улыбнулся и приобнял ГФИ и Дениса за плечи. Как он оказался между креслами, не заметил даже Денис, хотя и попытался успеть.

– Ну, товарищи татары, поехали смотреть счастливого преемника и партийную столицу, – ласково сказал он и легко поднял обоих подчиненных на ноги.

– Андрей Николаевич, – с трудом сказал Денис.

– Конечно, давно. Детали узнаете, но главное, не зря так совпало, что эра Водолея, третье тысячелетие и Россия. А, вы не об этом… Да зря беспокоитесь, Денис Маратович, у нас способ питания и метрические характеристики никаких преференций не дают. Хорошо. Если по существу, трансформ обычно одношаговый и без альтернативы – в кого-то переходишь, и привет. Травояд в хищного не разовьется, и наоборот. Хотя, говорят, исключения тоже были. Если постараться, то все возможно.

– Я постараюсь, – беззвучно сказал Денис и первым вышел из кабинета.

Это второй мой взрослый прозаический текст, интересный сразу несколькими обстоятельствами.

Во-первых, сюжет родился из случайно увиденной надписи мелким шрифтом на этикетке: «Вода добывается из юрских пластов». Эта строчка немедленно развернулась в цепочку размышлений, которая должна была стать основой микрорассказа странички на четыре. А в итоге я хватал себя за руки и рубил по живому, чтобы не свалиться в эпос, каковой представляется мне слишком жирной проекцией одной строчки.