Об упоминании милосердия мне стало худо. Потому что милосердие проявляли и к животным, усыпляя их перед убийством. У меня чуть рука не дрогнула схватиться за рукоять меча, но чем дольше я смотрела в глаза Айзена, тем сильнее запутывалась. Его взгляд улыбался, отражал то, что в какой-то извращенной степени можно назвать заботой.
– Убить шинигами не так просто, даже оторвав от них кусок плоти или пронзив сердце. Уж тем более старших офицеров. Однако, даже если я проявлю к ним милость, они не оценят ее, и будут подниматься с колен вновь и вновь, поэтому мне придется их уничтожить. Нужно быть готовым вступить в бой с намерением убивать. Тебя же этому пыталась обучить Унохана Рецу, не так ли?
Потупив пристыженный взгляд, я промолчала. Единственное, чему я научилась за месяц, проведенный с капитаном четвертого отряда, это бояться эту женщину.
– Я не хочу быть жестоким к тебе, Хинамори, – подойдя с этими словами, мужчина приобнял меня за плечи, вынудив понуро опустить голову и уткнуться ему лбом в грудь. – Считай это моей благодарностью за то, что ты пошла мне навстречу. Однако… я все же оставлю выбор за тобой. Ты сможешь открыть гарганту в любой момент и переместиться в Каракуру, точнее, ее замену. Но тогда будь готова к тому, что этот мир не будет к тебе столь милосердным. Не важно, кто из шинигами выживет, а кто погибнет; если ты сделаешь свой выбор, у тебя останусь только я.
Погладив меня по голове, словно послушного щенка, Айзен отстранился и направился к лестнице, ведущей к разрыву миров, а я чуть не рухнула вперед лицом от накатившей слабости. Часы, проведенные в попытке настроить себя на битву, обратились прахом от пары удачно брошенных слов.
Даже несмотря на то, что Айзен запечатал пути отступления для капитанов, что оказались в Уэко Мундо, я могла пройти отсюда намеченной дорогой.
Почему он нарушил во мне уверенность? Поколебал решимость? Специально?.. Да. Специально. Потому что, видимо, во мне недостаточно уверенности, чтобы с гордо поднятой головой и холодным сердцем идти рядом с мужчиной. Он оставил мне возможность идти позади него… Милосердие, что он проявил ко мне. К себе. Потому что, если я не смогу уничтожить его врагов, ему придется убить меня, искоренить, как свою слабость? Так что ли?
Пусть я и сказала тебе остерегаться Урахары Кискэ, этого будет недостаточно. Уж поверь, недостаточно. Куросаки Ичиго настигнет тебя судьбоносным роком, и если ты не избавишься от него до того, как отправиться в Общество душ, уповав на свое всемогущество… Ну, тогда тебе крышка. Мне крышка.
Как ни странно, Айзен, твое милосердие действительно пощадило бы меня, позволив оставаться безучастным зрителем. Но без меня, без напоминаний, ты рисковал свернуть с правильного пути. Главный герой все еще жив, а змея продолжала сидеть под боком…
Ты прав, я в любом случае не смогу убить дорогих мне людей, тех, к кому я все еще что-то чувствовала. Но ты сам сказал, что не обязательно отправлять их на тот свет. Как только они перестанут быть помехой, карты сойдутся. Может, они не выживут… а, возможно, смогут. Кто знает?
Как только ты взойдешь на небеса, это будет не важно. Ты заложишь фундамент нового мира и сотрешь старые устои в прах, и я хочу быть той, кто будет стоять рядом, а не отсиживаться в стороне.
Куросаки Ичиго для меня никто, и в момент, когда он потеряет надежду, я помогу сделать правильный выбор… не оставить своего врага с пустым взглядом сидеть на обочине. Если проявишь к нему милость, он не оценит столь великодушный жест, и будут подниматься с колен вновь и вновь. Поэтому мне придется его уничтожить.
Нужно быть готовым вступить в бой с намерением убивать. Так ты сказал, Айзен. Так говорила и Унохана-сан. Если мы хотим победить, я не вижу причин не следовать такому заключению…
====== Глава 24. «Посланник ада» ======
Dxrk ダーク – RAVE
Опустошающая темнота. Удивительно, что миры от бескрайнего ничто разделяла тонкая мембрана, напоминающая стекло, которое разбить не представлялось большого труда.
Опустошающая тьма лежала и в сердцах тех, кто находился на поле боя, нося имя посланников смерти. Они были готовы отдать жизни за свои идеалы. Друзей, спокойный мир, правосудие. Так ли это? В этом ли главная причина, по которой шинигами выступили против Айзена? Мне понятна их ненависть, например, Хирако Синдзи и остальных, потому что Айзен сделал их своим экспериментом, покусился на самое дорогое – на жизнь. В остальном же… шинигами сражались не за то, о чем думали. Немногие капитаны понимали это. И лишь единственный, стоящий во главе, знал наверняка, почему они собрались здесь, почему им требовалось остановить Айзена.
Не ради друзей. Не ради товарищей. А для того, чтобы защитить тот грех Общества душ, о котором мне рассказал Канамэ Тоусен. Не важно, какой ценой… Ямамото Генрюсай положит кости своих подопечных, пройдет по их головам, но не допустит, чтобы система, выстраиваемая тысячелетиями, рухнула.
Отличался ли от главнокомандующего Айзен в своих методах? Не знаю. Возможно, нет. Он также бил в спину. Обманывал…
