Не дав парню ответить на риторический вопрос, я подалась вперед и, обхватив его лицо, накрыла губы долгим поцелуем. Первой реакцией, ожидаемо, стала попытка отстраниться, но дальше стены ему было не уйти, что позволило проявить мягкую настойчивость. Юмичика сопротивлялся, насколько позволяла его собственная выдержка, но против моего языка, что смачивал его соленые губы и пытался проникнуть ему в рот, он быстро сдавался. Тихо, протестующе застонав, он схватил меня за плечи, вяло пытаясь оттолкнуть от себя, но, когда его попытка стала более решительной, я сползла рукой к его шее, обхватив которую, прижала парня к стене.
Разорванный поцелуй скрепляла тонкая нить слюны между нашими губами, которую я разорвала и слизнула. Смотря в блестящие недовольством, которое постепенно перекрывало возбуждение, глаза парня, немного надавила на его гортань, заставив захрипеть.
– Хорошо… – тихо прошептала я, а затем, чуть сместившись, и уперев колено между ног Юмичики, вынудила его кротко застонать, хотя это больше напоминало попытку перевести испуганный вздох. – Очень хорошо…
Убрав с шеи парня руку и прильнув к ней губами, я оставляла влажные узоры, спускаясь к ключице. Тонкая кожа так и манила оставить на себе след; посасывая ее или покусывая, запутывая пальцы в волосах парня и крепко сжимая их, слышала нервные вздохи с изредка пробивающимся голосом. Как же это красиво…
– Не надо… прекрати это…
В ответ на довольно забавную просьбу забралась правой рукой под отворот кимоно, которое и так уже слетало с плеч Юмичики, и, проведя когтистыми пальцами по обнаженной груди, сжала его сосок. Пусть рука и пряталась за тонкой, но прочной тканью, это не уменьшало чувственности движения, из-за которого парень не сдержал громкий и слегка возмущенный стон.
– Черт… больно же. Отпусти…
– Отпустить? – уточнила я, прошептав вопрос на ухо. – Хочешь, чтобы я отпустила?
– Я что ли неясно говорю? – переведя шумное дыхание, зарычал Юмичика. – Уйди от меня…
– Что ж… как скажешь, – бодро согласилась я и, адресовав парню невинную улыбку, исполнила его просьбу, поднявшись с колен и чуть отступив. Немое удивление, вслед за которым во взгляде проскользнула растерянность, меня позабавили. – Что такое? Выглядишь… расстроенным.
Тяжело дыша, Юмичика упрямо смотрел в пол, да с таким видом, словно был готов взорваться от злости. Мой тихий надменный голос лишь подлил масла в огонь, но куда сильнее уязвленного самолюбия пылало его тело. Щеки слегка рдели от притока крови, но куда большую проблему теперь для него составлял приток крови совершенно в другое место.
Я тихо усмехнулась.
– Могу продолжить… по тебе как-то не скажешь, что…
– Просто уйди. Не трогай меня.
– Матерь божья, сколько драмы, – в издевательской манере развела я руками, а затем, переведя дух, довольно холодно добавила: – Я буду ждать две минуты. Хватит думать, что твоя гордость что-то стоит, Юмичика. Уж явно не пытайся ею оправдываться, когда тебя трясет от малейшего моего прикосновения. Если бы ты думал о гордости, то не появился бы у меня на пороге спустя пару дней после нашего с тобой разговора в госпитале два года назад.
Вернувшись в комнату и переведя дух, не стала закрывать дверь на веранду, а просто прошла к мини-бару, где лежало несколько видов конфет, в том числе шоколад. Отправив маленький кусочек в рот, рассосала его до вязкой сладости, запив водой.
Позади скрипнули половицы. Ожидаемо. Он всегда возвращался… всегда.
Накрыв мою поясницу ладонями, Юмичика сдавленно выдохнул и, уткнувшись лбом мне в макушку, измученно прошептал:
– Почему ты это делаешь со мной? Почему?..
Устало вздохнув, в сотый раз повторила:
– Потому что ты не послушал и пошел за мной… и из-за этого чуть не умер. Не умер от моей руки. Ты хоть понимаешь, что за ужас я испытала, когда увидела, как мой вакидзаси пронзил тебя?.. И даже не так… Из-за тебя, Юмичика, я бросила то, к чему стремилась. Ты стал причиной, по которой я отказалась от… – сжав губы в тонкую линию, я шумно выпустила воздух из носа и добавила: – Ты не послушал меня и пошел за мной. Поэтому теперь я не дам уйти от меня. Вот почему.
– С таким подходом ты ничем не лучше Айзена…
– Ну да. А ты ничем не лучше меня, – смахнув его руки со своей талии, я развернулась и, запрыгнув на стол, закинула ногу на ногу и сложила руки в замок на коленях. Поймав вопросительный, слегка растерянный взгляд Юмичики, бегло глянула вниз. – На колени.
В выражении его лица промелькнула откровенное пренебрежение, практически моментально сменившееся болезненным смирением. Он послушно исполнил просьбу. Избегая смотреть мне в глаза, парень нервно закусил губу и, когда пауза, прерываемая лишь стрекотом цикад, затянулась, он не без недовольства спросил:
– И что дальше?
