— Она мне помогала, — сказала Матти. — Может быть, она еще раз придет мне помочь, когда вы будете навещать ее сестру?
— Я думаю, завтра Мелисса уже поедет домой, — улыбнулся папа.
— Ох! — Я расстроилась. Я все-таки надеялась, что Мелисса еще немного поболеет. Почти поболеет — не по-настоящему.
— Ну, не важно. Я думаю довольно долго пробыть в этом городе, чтобы делать настенные росписи, — сказала Матти. — Я окончила в прошлом году колледж по искусству, но пока еще не продала ни одной картины, так что теперь занимаюсь вот этим. Пытаюсь создать себе имя и репутацию. Все это я делаю для больницы бесплатно. В наши дни трудно начать свой бизнес.
— И не говорите! — воскликнул папа.
Ему тоже очень понравилась Матти. Он рассказал ей все об агентстве путешествий и о том, что по-настоящему ничего не получается, но, может быть, теперь он начнет работать плотником и будет делать всевозможные стеллажи. Папа даже рассказал Матти о нашей маме и о ее карьере в шитье платьев.
Я не очень-то участвовала в этом разговоре — мне нужно было сосредоточиться. Матти дала мне кисточку для краски, и я стала аккуратно-преаккуратно раскрашивать оранжевую шапку Могучей Марты, и ее голубой плащ, и ее красные колготки, и конверсы. Труднее всего было раскрашивать кеды, но я ни разу не зашла за границы рисунка.
— Господи боже мой! — всплеснула руками мама, выйдя в коридор. — Я думала, вы оба потерялись. Мартина, что ты делаешь?
— Она помогает мне расписывать стены, — сказала Матти. — О, Марти, у тебя получилось просто замечательно!
Мы уставились на Могучую Марту во всей ее тщательно раскрашенной красоте.
— Это Могучая Марта! — засмеялся папа. — Марти, она выглядит великолепно!
Мама подошла ближе к стене, чтобы рассмотреть получше.
— Мартина, ты что, сама это нарисовала? — спросила она.
Я гордо кивнула.
— Ну… это очень хорошо, — сказала мама. — Очень-очень хорошо. Ни каракулей, никакой мазни — это почти профессиональный рисунок. Хотя почему ты всегда рисуешь персонажи этих глупых комиксов? Меня это беспокоит.
— А мне нравится ее Могучая Марта, — сказала Матти. Она полезла в карман своих джинсов и вытащила визитку. — Вот здесь номер моего телефона и электронная почта. Я как раз подумала — может быть, мне удастся сделать какую-нибудь мастерскую, где дети могли бы рисовать во время каникул. Может быть, Марти хочет принять в этом участие?
Мы вернулись к Мелиссе, и я стала без умолку рассказывать о моей новой подруге Матти и о моей блестящей карьере по настенной росписи.
Мелисса только таращила глаза.
— Марти, пообещай мне, что не будешь рисовать на наших стенах, — сказала она. — Если я найду где-нибудь хотя бы малюсенькое пятнышко Могучей Марты, ты об этом очень-очень пожалеешь.
— Ладно, обещаю, — я посмотрела ей прямо в глаза. — Мелисса, все будет классно. Теперь я буду соблюдать в нашей комнате экстрапорядок, и аккуратно складывать свою одежду, и хранить своих зверей в шкафу. И вообще, Мелисса, я собираюсь стать самой лучшей сестрой — вот увидишь.
И Мелисса, и мама, и папа засмеялись — но я ведь и правда так думала. Вечером, укладываясь спать, я положила свои носки и трусики в корзину для грязного белья и, поцеловав на ночь Попрыгунчика, Бэйзила, Полли и Половину-Перси, уютно уложила их в шкафу. Я отправила Заплатку, Галопчика, Сладкоежку, Веселые Ножки и Звездный Свет спать на их полке, заставив их лежать ровненько. Я так старалась, чтобы Мелисса это заметила, хотя ее даже не было в комнате.
Папа закрепил приставную лестницу так, чтобы она больше не могла съехать.
— Но ты все равно должна быть очень-очень осторожной, — сказала мне мама. — Я думаю, чем скорее мы сможем позволить себе настоящую кровать для близнецов, тем будет лучше!
Они с папой поцеловали меня на ночь, и папа сказал:
— Спите детки крепко, клопов я запер в клетку.
Я тыщу лет не могла заснуть. Я завернулась в Уилму, но ее компании мне оказалось недостаточно. Я была одна в этой большой и тихой комнате, и вроде бы все было спокойно. Я знала, что Мелисса поправляется, что утром мама заберет ее из больницы. Но я все равно беспокоилась. Это было такое странное чувство — быть здесь без Мелиссы. Мне хотелось шептаться, хихикать и играть с ней. Мы могли часто драться — но это было
Я печально втянула носом воздух, скучая по ее сладкому розовому запаху. Я прислушивалась к тишине, чтобы услышать ее тихое похрапывание. Я так сильно по ней скучала!
Замечательно было встретить Мелиссу дома на следующий день и играть с ней в нашей комнате. Самое лучшее в моей сестре то, что она всегда рядом. Она защищает меня. Она все понимает про школьные дела. Она потихоньку от всех обнимает меня, если знает, что мне серьезно попадет. И она никогда не жалуется на меня — когда это действительно серьезно. Она лучшая сестра во всем мире, и я люблю ее всю-всю, до последнего волоска.
