Тело Сэма откликнулось на ласку раньше его самого. Он притянул меня к себе, большая ладонь гладила мое тело, губы осыпали мою спину сонными, нежными поцелуями, заставляя меня выгибаться дугой. Я сменила положение с тем, чтобы он оказался сверху, нашла его руку, наши пальцы переплелись, из моей груди вырвался страстный вздох. Сэм явно хотел меня. Он открыл глаза, и я, изнемогая от страсти, утонула в их сумрачной глубине, но тут с удивлением заметила, что его вдруг прошиб пот.
Он окинул меня долгим взглядом.
— Привет, красавчик, — прошептала я.
Сэм явно попытался что-то сказать, но слова, похоже, застряли у него в горле. Он смущенно посмотрел в сторону. И внезапно скатился с меня.
— Что? — удивилась я. — Что я такого сказала?
— Прости, — ответил Сэм. — Подожди, я сейчас.
Он рванул в ванную, с силой захлопнув за собой дверь. До меня донеслось: «Господи!» — а затем жуткие звуки, которые, к счастью, частично заглушил вой вытяжного вентилятора.
Оцепеневшая, я сидела на кровати, затем встала и натянула футболку:
— Сэм?
Я прижалась ухом к двери, после чего внезапно отпрянула. Звуковые эффекты безжалостно нарушали интимность происходящего в ванной.
— Сэм? Ты в порядке?
— Все нормально, — послышался сдавленный голос.
Но все было далеко не нормально.
— Что случилось?
Напряженная тишина. Звук сливаемой воды.
— Я… Э-э-э… Похоже, у меня пищевое отравление.
— Ты серьезно? Я могу тебе чем-то помочь?
— Нет. Просто… просто не входи сюда. Хорошо? — Затем последовали звуки неукротимой рвоты и приглушенное чертыханье. — Не входи сюда.
Примерно в таком же духе прошли еще два часа: Сэм из последних сил боролся со своими внутренними органами по одну сторону запертой двери, а я, в одной футболке, сидела, терзаемая тревогой, по другую. Сэм категорически отказывался впустить меня внутрь. Думаю, ему не позволяла гордость.
Мужчина, который наконец вышел из ванной около часа ночи, был цвета шпаклевки. Я поспешно вскочила на ноги, когда дверь ванной наконец открылась. Сэм перешагнул через порог и слегка отшатнулся, словно не ожидал меня здесь увидеть. Я инстинктивно протянула ему руку, явно не в силах удержать человека его комплекции:
— Что мне делать? Может, стоит вызвать врача?
— Нет. Мне просто нужно… чтобы это улеглось. — Схватившись за живот, Сэм плюхнулся на постель. Под его запавшими глазами залегли черные тени, взгляд был устремлен в пустоту. — В прямом смысле.
— Я дам тебе попить. И вообще, я сейчас сбегаю в аптеку и куплю тебе диоралит или что там у них есть от расстройства желудка.
Но Сэм был не в состоянии говорить. Мокрый от пота, он лежал на боку, глядя прямо перед собой.
Я купила нужное лекарство, мысленно благодаря Город, Который Не Только Никогда Не Спит, Но И Предлагает Регидрат. Сэм жадно выпил порошок, после чего, извинившись, снова исчез в ванной. Что до меня, то время от времени я просовывала в дверную щель бутылку с водой, но в конце концов сдалась и уселась пред телевизором.
— Прости, — пробормотал Сэм, когда где-то около четырех, шатаясь, вышел из ванной.
Рухнув на Бордовое Покрывало Судьбы, он забылся коротким беспокойным сном.
Я тоже пару часов поспала, накрывшись гостиничным халатом, а когда проснулась, то обнаружила, что Сэм до сих пор спит. Приняв душ и одевшись, я тихонько закрыла за собой дверь, чтобы выпить кофе в холле отеля. Меня буквально шатало от усталости. Ничего, успокаивала я себя, у нас еще два дня впереди.
Но когда я вернулась в номер, Сэм снова был в ванной.
— Мне ужасно жаль. — Сэм наконец вышел из ванной. Я раздвинула шторы, и при свете дня его лицо, на фоне несвежей простыни, казалось особенно серым. — Сомневаюсь, что сегодня от меня будет много проку.
— Все отлично! — бодро откликнулась я.
— Но к обеду, может, и оклемаюсь.
— Отлично!
— Хотя поездка на пароме, возможно, пока исключается. Не уверен, что могу позволить себе места с…
— …общественными туалетами. Я поняла.
Сэм печально вздохнул:
— Да уж, я отнюдь не так представлял себе сегодняшний день.
— Все отлично! — Я прилегла к нему на кровать.
— Может, прекратишь твердить как попугай «все отлично»! — раздраженно оборвал меня Сэм.
Секунду-другую я обиженно молчала, после чего ледяным тоном проронила:
— Отлично!
Сэм осторожно посмотрел на меня краешком глаза:
— Извини.
— Перестань все время извиняться.
Мы сидели на кровати, глядя перед собой невидящими глазами. Внезапно он накрыл мою руку своей:
— Послушай, я, вероятно, застряну тут еще на пару часов. Тебе необходимо набраться сил. А не торчать здесь со мной. Лучше прошвырнись по магазинам или типа того.
— Но ты ведь приехал только до понедельника. И без тебя мне вообще ничего не хочется делать.
— Лу, я сейчас ни на что не гожусь. — Сэм, казалось, был готов треснуть кулаком по стене, если, конечно, у него хватило бы сил сжать руку в кулак.
Я прошла два квартала к газетному киоску, где накупила кипу газет и журналов. А еще купила себе нормального кофе, кекс и простой белый рогалик на случай, если Сэм, проснувшись, захочет есть.
— Припасы, — заявила я, свалив все это добро на край кровати. — Теперь можно здесь окопаться.
