— Думаю, я могу уговорить Леонарда взять ее на работу. Возможно, секретарем в его офис. А еще лучше — домоправительницей в нашу квартиру! Тогда мы избавились бы от Иларии! Знаешь, моя сестра очень хорошая. Очень ответственная. Но она не хочет уезжать из Кракова.
— Может, ей не хочется срывать дочери учебный процесс? Моя сестра очень нервничала, когда пришлось переводить Тома в школу в Лондоне, — заметила я.
— Мм… — Агнес явно не считала это серьезным препятствием.
Похоже, для богатых людей вообще не существует препятствий.
А буквально через час после того, как мы вернулись домой, Агнес, проверив свой телефон, заявила, что мы едем в Ист-Уильямсберг.
— К художнику? Но я думала…
— Стивен учит меня рисовать. Уроки рисования.
— Хорошо, — растерянно заморгала я.
— Это сюрприз для Леонарда. Так что ничего ему не говори.
И всю дорогу до Ист-Уильямсберга Агнес прятала от меня глаза.
— Что-то ты припозднилась, — сказал Натан, когда я вернулась домой.
Натан собирался пойти поиграть в баскетбол с приятелями из тренажерного зала, на плече висел вещмешок, на голову накинут капюшон толстовки.
— Угу. — Я бросила сумку на пол, налила чайник, поставила на столешницу коробку с лапшой в пластиковом пакете.
— Ну и где ты была?
Я замялась.
— В общем… и тут, и там. Ты ведь знаешь, какая она. — Я включила чайник.
— Ты в порядке?
— Все отлично.
Спиной почувствовав пристальный взгляд Натана, я повернулась и выдавила улыбку. Он похлопал меня по плечу и уже на пороге сказал:
— Не самый удачный день, да?
И впрямь не самый удачный день. Я тупо уставилась на столешницу. Я не знала, что говорить. Я не знала, как объяснить тот факт, что нам с Гарри пришлось два с половиной часа ждать ее в машине, когда мой взгляд метался между черным квадратом окна и экраном телефона. Через час Гарри, уставший слушать пленки с уроками, отправил Агнес сообщение, что его просят освободить парковочное место и поэтому ему нужно знать, когда за ней подъехать, но она не ответила. Мы объехали дом кругом, Гарри заправил автомобиль, после чего предложил мне выпить кофе.
— Она не сказала, насколько задержится. Значит, проведет там пару часов, не меньше.
— А такое прежде случалось?
— Миссис Гупник делает все, что ей заблагорассудится.
Гарри купил мне кофе в полупустой закусочной, где в заламинированном меню красовались размытые фотографии каждого блюда. Мы практически не разговаривали: мониторили экран телефона на случай, если она позвонит, и смотрели, как сгущающиеся над Уильямсбергом сумерки постепенно переходят в пронизанную неоновыми огнями ночь. Да, я переехала в самый потрясающий город мира, но иногда мне начинало казаться, что моя жизнь резко скукожилась: в лимузине до апартаментов; из апартаментов — в лимузин.
— А как давно ты работаешь у Гупников?
Неторопливо размешав два кусочка сахара в кофе, Гарри смял обертку пухлой рукой:
— Полтора года.
— А где ты работал раньше?
— У других людей.
Я отхлебнула кофе, который оказался на удивление хорошим.
— И тебе не надоело? — (Он посмотрел на меня исподлобья.) — Постоянно ждать. Я хочу сказать… она часто так делает?
Гарри, уставившись в кружку, продолжал методично помешивать кофе.
— Детка, — начал он спустя минуту, — не хочу показаться грубым, ведь, насколько я понимаю, ты в этом бизнесе недавно. И если хочешь задержаться здесь подольше, то перестань задавать вопросы. — Он откинулся на спинку стула, внушительный живот лег ему на колени. — Я водитель. И всегда к их услугам. Говорю лишь тогда, когда ко мне обращаются. Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего никому не скажу. Я в этой игре уже тридцать два года и благодаря ей смог выучить двух неблагодарных детей в колледже. Через два с половиной года я выйду на пенсию и перееду в Коста-Рику, в свой дом на побережье. Вот такие дела. — Он высморкался в бумажную салфетку, отчего у него затряслись щеки. — Ты меня поняла?
— Ничего не вижу, ничего не слышу…
— …ничего никому не скажу. В общем, ты уловила. Хочешь пончик? У них здесь хорошие пончики. И всегда свежие.
Гарри грузно поднялся и направился к прилавку. Вернувшись, он больше не произнес ни слова, только довольно кивнул в ответ на мое замечание, что да, пончики тут действительно очень хорошие.
Когда Агнес наконец к нам присоединилась, то не стала объяснять столь долгое отсутствие.
— Леонард не звонил? — поинтересовалась она и добавила: — Я случайно выключила телефон.
— Нет.
— Он, должно быть, в офисе. Я ему позвоню. — Она поправила волосы и устроилась поудобнее. — Отличный урок. Я узнала много нового. Стивен очень хороший художник.
И только когда мы уже были на полпути к дому, я заметила, что у нее нет с собой никаких рисунков.
