— Пожалуй, мне нужно сообщить Верховному главе, что все вы из Иномирья.
— Ой, зачем? — воскликнула Джуди.
Оказывается, зря она рассчитывала, что Эдвард не поведет себя как любой другой Верховный брат. Роз ее никогда не простит.
— Конечно нужно, — ответил Эдвард. — Ведь Арт несколько сотен лет работал, исходя из ошибочных предположений. Верховный маг будет только рад, если сможет все исправить.
Джуди подумала, что Эдвард — один на всем белом свете, кто выбрал в этом случае слово «рад». Ее охватил ужас.
— Ко… когда ты ему скажешь?
— Да как только увижу, наверное, — неопределенно отозвался Эдвард.
Ему тоже пришло в голову, что слово «рад», пожалуй, не слишком точно описывает возможную реакцию его друга. Может статься, за это у него отберут Джуди. Вероятно, лучше подождать, пока вибрации улягутся и Лоуренс придет в более благостное расположение духа.
— В любом случае мы с ним встретимся только вечером, не раньше, — добавил он, успокоив и себя, и Джуди.
С точки зрения Зиллы они словно пролетели через весь Арт вперед ногами, будто по спиральной горке. Впечатление было такое сильное, что когда свет перестал слепить Зиллу и она взглянула вверх, то была уверена, что Арт высится над ней огромным синим смерчем или, по крайней мере, что его витой хвост пришпиливает их к тому месту, где они очутились.
Уж синевы здесь точно было полным-полно — однако это была затуманенная синева неба, видневшегося сквозь темные блестящие листья. Еще среди листьев были мелкие белые цветочки и круглые золотые плоды. Они попали во фруктовый сад, а здешний свет мог показаться ярким разве что после кромешной тьмы в подвалах цитадели.
— Что ты сделала? — спросил Джош.
Он повалился на траву, поджав все четыре ноги. Глубокие вмятины во влажной земле показывали, где он приземлился и как пытался сохранить равновесие, прежде чем упасть. Однако он все так же крепко держал Маркуса, хотя тот изо всех сил выкручивался и хотел слезть у Джоша со спины вместе с мешком игрушек.
— Пьюх! Пьюх! — объявил Маркус.
— Ничего я не делала, — сказала Зилла.
— Еще как сделала, — сказал Фило, который стоял, обняв ближайшее дерево, с таким видом, что было ясно: без дерева он повалился бы, как Джош. — Впервые вижу такую силу!
— Пьюх!!! — настаивал Маркус.
Посреди сада было то ли маленькое озерцо, то ли большой пруд с поразительно чистой изумрудно-зеленой водой. В центре озерца вода весело булькала и пузырилась — там неумолчно журчал источник. Зилла прекрасно понимала, почему Маркусу так хочется туда плюхнуться. В саду было жарко-жарко. Но вообще от него исходило ощущение какого-то… святилища, что ли.
— Маркус, лучше не надо, — произнес Фило. — Тут все принадлежит Богине.
За несколько дней знакомства Маркус пришел к выводу, что Фило в их компании самый умный. И возражать не стал. Только сурово кивнул Фило и уточнил:
— Питиму?
Зилла помогла ему слезть с Джоша:
— У кого-нибудь есть версии, куда мы попали?
— Такое чувство, что в Пентархию, — уверенно ответил Фило. — Но на север или на юг — непонятно: такая жара бывает и летом на севере Треньена, и зимой на юге Литы. Да и апельсиновые деревья — не слишком хорошая подсказка. Знать бы, какое время года…
— Весна, — сказал Джош. И показал туда, где меж апельсиновых деревьев цвели два маленьких серебристо-голубых ириса.
Фило они несколько озадачили.
— Разве они только весной цветут? Когда я отправился в Арт, тоже была весна. Должно быть лето, если…
— Или нас не было целый год, — предположил Джош. — Лучше, наверное, спросить у кого-нибудь — только, конечно, не прямо, а то заподозрят, что мы нарушили закон.
Фило и Зилла потянули Джоша за руки и помогли подняться, а потом все вместе осторожно вышли из сада. На той стороне озерца вода переливалась через искусно сложенную деревянную плотину и текла дальше ручейком, вдоль которого из рощи вела тропа на солнце, такое яркое, что их едва не ослепило снова. Они испуганно остановились, прикрыв глаза руками.
И увидели невдалеке у ручья женщину. Она двигалась к ним, время от времени останавливаясь, чтобы потыкать в ухоженную траву по берегам ручья каким-то длинным садовым инструментом. Зрелище было идиллическое. Ветерок нежно перебирал ее длинные иссиня-черные волосы и обрисовывал контуры ее фигуры под простым серо-голубым платьем. Женщина была очень красива и одновременно казалась и знакомой, и совсем чужой, и от этого становилось не по себе. Она огляделась, увидела их, и Зилла на миг готова была поклясться, что на них посмотрела Аманда.
У Маркуса сомнений не было. С оглушительным воплем «Абада!» он ринулся к ней по тропе со всех ног.
— Абада! Абада! Абада!
Зилла бросилась следом, за ней Фило. Даже если эта женщина и двойник Аманды, к ним она не имеет никакого отношения — чего доброго, еще рассердится, если на нее накинется маленький мальчик. Пижамка, в которой Маркус был все время, пока они жили в Арте, на коленях и на попе стала серая, а спереди вся в пятнах. Это не понравилось бы и настоящей Аманде, не говоря уже об этой ее неизвестной копии.
