В памяти всплыл случай здесь, на этом перевале. Несколько лет назад, шли в спарке с тяжелым грузом. Глубокая осень. Погода портилась с каждым часом. В воздухе стояли капельки воды. Густой туман наползал на полотно дороги. Только вершины гор просматривались далеко впереди.
Шли на небольшой скорости. Тут еще посыпал хлопьями снег. Видимость совсем снизилась. Виктор включил бодрящую музыку, чтобы снять немного напряжение . Гнетущее чувство тревоги закрадывалось в душу от такого пейзажа.
Почему – то подумалось, что так и не встретился с НЕЙ! Где же ты, его настоящая, долгожданная любовь? Почему так и не пересеклись пути?
И вдруг увидел перед собой огни стопов, которые приближались к нему. Виктор нажал на педаль тормоза и старался держать плотно ногу, не отпуская ни на секунду. Первая машина, как таран стала толкать его назад. Тяжелый груз не давал остановиться. Машина под его тяжестью и напором второй сползала к краю горной дороги. Виктор не отпускал тормоза, но это не помогло. Почувствовал, что колеса уже не касаются полотна дороги.
И он полетел! Только это не было то ощущение полета птицы. Просто, вдруг все потемнело в глазах, какая–то невесомость и давящая тишина.
От этой тишины и боли в голове он очнулся. Что-то застилало глаза. Виктор провел рукой и увидел кровь. Голова была тяжелой, подступила тошнота. Ему показалось, что кто-то зовет его.
Оглядевшись, Виктор увидел ,что завис на краю пропасти, а машина лежит на дне ущелья.
И снова повторился этот зов! Сердце отозвалось трепетом и жаждой жить. Виктор стал ползти вверх, хватаясь за мелкие кустики, камни. До крови обдирая руки упорно полз вверх. Кровь из раны в виске застилала глаза. Но он сцепив зубы, полз. И вот почти у самого края обрыва услышал голоса людей. Захотелось крикнуть, но голос был очень слаб. Виктор из последних сил подтянулся и рухнул на краю дороги.
Очнулся в больнице. И снова почувствовал зов его долгожданной любви. Значит, будет жить! Значит, встретится с НЕЙ! Но до этой встречи столько еще дорог!
Виктор, докурил сигарету, бросил окурок в пропасть. Каждый раз он делает здесь остановку. Его ангел хранитель садиться рядом на камень и обнимает своим крылом. Они сидят здесь, на самой крыше мира и душа парит в облаках. Жизнь прекрасна!
Пора в путь. Дорога зовет!
С гор подул ветер. И мгновенно небо стало тяжелым, темно -серым .
В воздухе стал острее ощущаться запах сосны, дождя и разнотравья.
Вера остановилась и наслаждалась этим освежающим ароматом. После изнурительной жары, так приятно вдыхать такой живительный коктейль. Она не боялась грозы. Наоборот обожала! До дачи было недалеко. И Вера не спеша брела по лесу. Порывы ветра раскачивали макушки деревьев, срывали листья и кружили их в танце. Казалось, что слышится музыка дождя. Сердце вторило этой музыке. Восторг охватил Веру. Она засмеялась и выбежала на поляну. Закружилась в танце под эту музыку. И вдруг остановилась, как вкопанная. Перед ней был луг, заросший ромашками. Просто ромашковый рай! На фоне темного неба колыхалось бело-золотое море . Оно казалось бесконечным и живым. На тоненьких ножках белоснежные головки с огоньком внутри вспыхивали яркими лучиками при порывах ветра и танцевали под эту музыку .Первые капли дождя стали наклонять головки ромашек. Но цветы были такими стойкими! Упрямо поднимали голову, разглядывая, где же солнышко.
Вера очень любила ромашки. И сейчас ее поразила стойкость этого цветка. Она наклонилась и сорвала несколько ромашек. С очередным порывом ветра началась гроза. В этом грохоте грома, отблесках молний ромашки казались маленькими солнышками. Вера любовалась этим чудом, не обращая внимания на раскаты. Сердце пело от восторга. Но вот хлынул ливень. Под его напором, стойкий цветок склонил голову. Вера прижала сорванные ромашки к груди и побежала к дачному поселку. Ветер подгонял ее, капли дождя хлестали по спине. И она вдруг подумала: нет, её не заставит ливень опустить голову! Вера выпрямилась и пошла, подставляя лицо дождю. Что-то упрямое, мальчишеское заговорило в ней. Она шла прямо по лужам и смеялась. Кровь бушевала так же, как и непогода. Муж бежал навстречу с зонтом. Взглянув на Веру, с горящими глазами, прижимающую к груди букетик полевых ромашек, мокрую и счастливую, он отбросил зонт и тоже подставил лицо ливню. Ему передался её азарт. Обнявшись, они по лужам пошли к домику. Грозовой раскат уже не подгонял их, а казался музыкой, будоражившей их кровь. Будто огонь далеких предков вырвался наружу. Хотелось смеяться и шлепать по лужам.
Муж подхватил Веру на руки и занес в домик. Она поставила ромашки в хрустальную вазу на стол, застеленный белой скатертью. Переодевшись в сухую одежду, вытирая полотенцем, волосы взглянула на ромашки. И снова цветок поразил ее! Ромашки выпрямились, подняли головки и сверкали маленькими солнышками в свете лампы.
