— Да, — задыхаясь, говорю я и лукаво улыбаюсь. — Сейчас я вас всех сделаю, — я указываю я на каждого из них. Они никак не реагируют, так что я достаю кошелек и ищу в нем четвертак. Затем я протираю рюмку и очищаю пространство на столе.
Адам откидывает голову и смеется.
— Ты это только что вспомнила? — спрашивает он, когда видит серебряную монету в моих руках.
Я ухмыляюсь им, смотря как Келси с Зандером напротив меня застонали.
— Не попадаешь — выпиваешь, — я бросаю четвертак на стол, и, прямо как в моем видении, он ударяется о дерево и отскакивает прямо в рюмку, стоящую посередине стола.
Я взволнованно хлопаю руками. Я продолжаю смеяться над тем, как каждый из них промахивается. Адам обхватывает мои плечи рукой после второй неудачной попытки, и прижимает к себе. Его рука еще теплее, чем обычно.
Он мягко целует меня в висок и шепчет на ухо:
— Я ненавижу эту дурацкую игру.
Я поднимаю подбородок, смотрю ему в глаза и вижу то же разгоряченное выражение лица, что и в моем воспоминании.
— Потому что ты всегда проигрываешь.
Келси широко улыбается, радуясь, что я вспомнила что-то хорошее.
Глава 12
— Давай я помогу, — говорит Адам глубоким голосом, которого я еще не слышала. Он держит меня обеими руками за плечи, пытаясь усадить на край кровати.
— Я в порядке, — невнятно произношу я, раскачиваясь вперед-назад. Адам хихикает и становится на колени передо мной. Он опускает голову и принимается расстегивать мои туфли. Лодыжки и ступни ноют от боли после прогулки пешком от «Библиотеки», где мы оставили Зандера с Келси, до дома. Мы оба были слишком пьяны, чтобы садиться за руль, да и живем недалеко. Я прижималась к Адаму всю дорогу.
Он все время держал меня за талию, прижимая к себе, отчего я чувствовала его одеколон. Запах пикантный и весьма мужественный, что только усиливало мое влечение к нему.
Не важно, что я пьяна. Я хочу воссоздать нашу связь, что была в моих воспоминаниях.
— Сегодня было весело.
Я смотрю на него, когда он поднимает голову, будучи на коленях. Адам сидит прямо у меня между ног, массируя мои лодыжки.
На его лице появляется улыбка. Он делает глубокий вздох. Я вижу, как он борется с желанием дать мне время и личное пространство. Но я не хочу этого.
Не сегодня.
Я поднимаю руку, и он застывает на месте. Адам наблюдает, как я осторожно поправляю волосы, упавшие на его лоб. Моя рука слегка трясется. Я дышу медленно и вкрадчиво, а он быстро. Его волосы скользят сквозь мои пальцы. Они мягче и толще, чем я себе представляла.
Он тянет руку и хватает мое запястье. Адам целует внутреннюю сторону руки в месте, где бьется пульс, прижимаясь губами дольше, чем нужно.
Я застываю. Единственное, что слышно в комнате — это наше частое дыхание. Я прикусываю щеку изнутри, думая, надеясь, что он продолжит целовать мою руку выше и дойдет до шеи. Где уже знаю, каково ощущать его легкую небритость на моей нежной кожи.
Но он не продолжает.
Вместо этого, Адам кладет руку мне на колени. Его глаза наполнены сожалением, когда он качает головой.
— Я не могу так, Эми. Не тогда, когда ты пьяна.
Он откидывается назад так, что оказывается сидящим на пятках, его взгляд устремляется на меня, ожидая одобрения.
Но я не согласна с этим.
— Это не изпользование, если ты сам позволяешь, — шепчу ему в ответ слова, что вспомнила всего пару часов назад.
Я вижу, как он борется с сомнениями, после чего встает и наклоняется ко мне. Подняв голову я смотрю ему прямо в глаза, когда он кладет руку на мой подбородок. Его крепкие руки нежно держат меня. Он заглядывает мне в глаза, пытаясь решить, что делать дальше.
— Я слишком сильно люблю тебя, чтобы навредить... — его голос утихает, а глаза медленно закрываются. Пальцы слегка дергаются, прижимаясь к моей коже. Я уже собиралась спросить, что он еще хотел сказать, но тут он открывает глаза и смотрит на меня с решительностью во взгляде. — Я не могу тебе навредить.
— Пожалуйста, — говорю я, протягивая руку и пытаясь взять его за запястье. Я чувствую его пульс сквозь кожу, он быстрее, чем должен быть. — Позволь мне почувствовать тебя. Ты говорил, что это у нас получается лучше всего. Мне это нужно сегодня.
Я встаю и делаю шаг вперед. Моя грудь слегка касается его груди, и я слышу, как он скрежещет зубами.
— Эймс.
— Пожалуйста, Адам, — я убираю его руки с моих щек, затем медленно снимаю с себя изношенную майку с надписью «Eagles» и бросаю ее на пол.
Адам, видя брошенную майку, пробегается глазами по моему телу и груди, удивляясь, что на мне нет лифчика.
Он хватает меня за бедра и тянет к себе. Моя грудь трется об его голубую футболку.
Я хочу сорвать ее с Адама и прислониться к его груди своей, но боюсь оттолкнуть его слишком сильно и тем самым спугнуть. Ведь сейчас я не хочу, чтобы он уходил.
Только не сейчас.
Он высовывает язык и облизывает губы, затем хмурится, все еще терзаясь сомнениями.
— Не вини меня за это утром.
Я не отвечаю. В основном, потому что не могу.
Скорее всего, это будет самая большая ошибка в моей жизни, но я уже не могу остановиться.
