Вспомни меня полностью

Добравшись до танцпола, я достаю из рюкзака телефон и наушники и выбираю свой любимый классический плейлист. Затем я начинаю растяжки, используя спинку стула в качестве импровизированной штанги, выполняя основные положения.

После того, как папа вернулся домой, объявив о своей новой работе в Южной Каролине, мой инструктор в Колорадо связался с Чарльстонской школой балета, объяснив мою финансовую нужду, и назначил прослушивание на возможную стипендию осенью, но все рекомендации учителей в мире не помогут мне, если я не останусь в форме.

Я пытаюсь обращать внимание на время — последнее, чего я хочу, это чтобы меня снова поймали на том, что я снова пробралась сюда — но затем музыка усиливается, просачиваясь сквозь мои поры, в каждую вену, клапан и мышечное волокно, пока не кажется, что мелодия — часть меня, единственная причина, что моё сердце бьётся, и я совсем забываю о том, что надо следить за временем. Мои тапочки шуршат по деревянному полу, а разум проясняется, мир вокруг меня расплывается, когда я кружусь.

Всё исчезает, когда я танцую. Кошмары. Жуткие лифты. Странные генеральные менеджеры.

Мама.

Никаких мыслей или чувств вообще, кроме размышлений о следующем шаге или ощущения, как ритм музыки изгибает мои кости. Вот почему я так люблю это.

Танцы освобождают меня.

Когда музыка заканчивается, я приседаю в низком реверансе, прикладывая руку к сердцу. Как вдруг в безмолвном промежутке между песнями, скрипит половица.

Я поднимаю взгляд.

Зал купается в тенях и кусочках лунного света.

— Привет? — зову я, щурясь в темноту.

Дверь приоткрывается, разрезая тени золотой трещиной. Кто-то выходит на свет, спиной ко мне.

Маленький мальчик из моего сна.

Нет… это не он. Эта фигура высокая и широкоплечая. Мужчина. Он проходит через дверь в вестибюль.

Мужчина, дежурящий за стойкой регистрации? Неужели он услышал, как я танцую, и пришёл разобраться? Как долго он наблюдал за мной?

И хотя логическая часть моего мозга говорит мне, что этот служащий выгнал бы меня, если бы мне не разрешили быть здесь, то иррациональная часть — та, которая придумывает кошмары о маленьких мёртвых мальчиках и бесконечных коридорах — берёт верх. Я стаскиваю наушники, хватаю рюкзак и пробираюсь между столами к двери.

Вестибюль по-прежнему пуст, если не считать мужчину за стойкой регистрации, который сейчас читает газету. Если это он наблюдал за мной, то, похоже, его это не слишком беспокоит.

Это потому, что ему всё равно.

И всё же что-то в этом мне кажется странным. Только когда я возвращаюсь в свою комнату, я понимаю почему.

Мужчина, который выскользнул из бального зала, был в белой рубашке, свет лампы сочился янтарно-золотым сквозь ткань.

А униформа портье чёрная.

ГЛАВА 9

ЛИЯ

Я ВЫБЕГАЮ НА ПЛЯЖ, в голове стучит, желудок сводит. Полная луна окрашивает песок в серебристый цвет своим сиянием. Дальше по пляжу, насколько я могу видеть, полосатые тенты Палаточного города светятся под уличными фонарями. Костры и электрические лампочки борются со светом луны, золотые искры против серебряных лучей, но на пляже отеля никого нет. Только я, иссиня-чёрные волны и кислород, наполняющий мои изголодавшиеся легкие.

Океан выглядит таким прохладным, таким небесным, а я всё ещё в такой панике, что не думаю о песке, который прилипнет к моему платью, когда подхожу к кромке прибоя и ложусь у воды. Я вдруг чувствую себя очень усталой и ничего так не хочу, как заснуть здесь, на краю океана, и полностью доверить свою жизнь воде.

В последнее время я ловлю себя на том, что делаю это всё чаще и чаще — отдаю свою жизнь в руки более великой, более могущественной силы. Обмениваю свои оставшиеся удары сердца на веру в то, что для меня существует более грандиозный план, который я не знаю или не до конца понимаю. Если мне суждено быть унесённой морем, тогда море заберёт меня, и, ох, я не могу придумать более умиротворённого способа погрузиться в забвение.

Холодная, бодрящая вода стекает по моим икрам, щекоча колени сквозь платье. Я выдыхаю, закрываю глаза…

И жду.

* * *

Я просыпаюсь от звука приближающихся ко мне шагов и мужского голоса, зовущего:

— Мисс? Мисс!

Я не открываю глаза, думая: О, Великое и Могущественное Море, если ты планируешь забрать меня, пожалуйста, сделай это сейчас, пока не стало слишком поздно. Это кажется довольно мелодраматичным, но иногда обстоятельства требуют таких мер.

Песок летит мне в лицо, когда мужчина присаживается рядом со мной на корточки. Я крепче зажмуриваю глаза, защищаясь от песчинок. Пальцы перебирают мои волосы, и он кладет мою голову себе на колени. Его руки обвивают мою шею.

Мои глаза распахиваются.

— Что вы делаете?

Мужчина отпрянул назад.

— Я проверял пульс. Я думал, вы ранены.

Я отталкиваюсь от него.

— Я в порядке.

— Почему вы ничего не сказали, когда я позвал?

— Я вас не слышала.

У него такой вид, будто он собирается что-то сказать, но потом наклоняет голову, изучая меня.

— Я знаю вас.