Молодые женщины опять замолчали. Лондонский пейзаж уступил место просторам Миддлсекса. На фоне серого ноябрьского неба четко выделялись силуэты голых деревьев. При полном безветрии Темза казалась темной и гладкой. За излучиной реки они увидели Сион-Хаус. До недавнего времени здесь располагался монастырь. В том, что Кэтрин Говард сослали именно сюда, чудилась какая-то мрачная насмешка. Барка подошла к берегу. Перед высадкой девушки узнали, что королева еще не приехала.
Заранее присланный дворецкий провел их в отведенные королеве покои. Они состояли из трех скромно обставленных комнат: спальни королевы с примыкающей крошечной гардеробной, гостиной и небольшой столовой.
— Где же мы будем спать? — спросила Нисса. Почуяв в ее тоне властные нотки, дворецкий вежливо ответил:
— Для дам выделена еще одна спальня, мадам.
— Я — графиня Марч, — представилась Нисса. — Есть ли здесь гардеробная, чтобы хранить наши вещи, сэр? И где спальня наших горничных? Как я понимаю, мы находимся здесь с серьезной миссией, поэтому нам должны быть предоставлены соответствующие удобства. — Она одарила его благосклонной улыбкой, — Ваша комната очень просторна, с отдельным камином, миледи, и при ней есть не только гардеробная, но и смежная комната, где могут спать ваши служанки. — Поклонившись, дворецкий поинтересовался:
— Могу ли я узнать имена двух других леди?
— Разумеется, сэр, — грациозно кивнула Нисса. — Это племянница короля госпожа Кэтрин Кэри, а это — леди Элизабет Фицджеральд.
Дворецкий поклонился всем дамам сразу.
— Добро пожаловать в Сион, миледи. Позвольте мне показать вам вашу комнату.
Он провел их вниз, в холл, и открыл тяжелую дубовую дверь, ведущую в большую квадратную комнату, со стенами, обитыми льняным полотном. Окна в виде арок выходили на реку. В комнате пылал большой камин, а напротив него стояла огромных размеров кровать с темно-зелеными занавесями из льна. На окнах висели тяжелые портьеры из темно-зеленого бархата.
— В этой кровати можно хорошо разместиться двоим. — Дворецкий обращался к Ниссе, как к особе более высокого звания. — Но здесь есть еще выдвижная кровать на колесиках.
— Прекрасно, — согласилась Нисса. — Но я полагаю, что и в королевской спальне есть выдвижная кровать. Одна из нас постоянно будет находиться при королеве.
— Хорошо, миледи. У лорда и леди Бэйнтон отдельная спальня.
— В таком случае все в порядке, — ответила Нисса. — Поскольку королева еще не прибыла, не могли бы вы распорядиться, чтобы сюда перенесли наш багаж? И пожалуйста, предупредите нас, как только появится барка королевы. Мы должны встретить ее на пристани.
— Да, миледи, — ответил дворецкий и удалился.
Кейт и Бесси решили, что обойдутся одной горничной на двоих. Ее звали Мейвис, уже немолодую добродушную женщину. Тилли мгновенно нашла с ней общий язык.
Распаковывая и развешивая платья своих хозяек, обе служанки тараторили без умолку. Им очень понравилась их комната и кровать, на которой они должны спать вдвоем. Горничные сочли свое помещение почти роскошным. Пока Тилли и Мейвис хлопотали, их молодые хозяйки сошли вниз, в сад. Бродя по аллеям, они обнаружили несколько поздних роз, еще не тронутых морозом. Сорвав их, девушки отнесли цветы в дом и украсили ими гостиную королевы. Они знали, как обрадуется Кэт этому маленькому знаку внимания.
Появился дворецкий и сообщил, что уже показалась барка.
Девушки поспешили на пристань.
— Меня беспокоит, как она себя чувствует, — сказала Кейт. Ниссу это тоже волновало. Она так и не разобралась, приятно или неприятно поразило ее то, как Кэт, сойдя с барки, приветствовала их как ни в чем не бывало. Как будто с ней не случилось ничего плохого, как будто не вела она сейчас неравную борьбу за свою жизнь. Обнимая и целуя поочередно каждую из подруг, Кэт бурно восторгалась, что они снова вместе.
— Полагаю, ты сердишься на меня, Нисса, — сказала она со своей неотразимой улыбкой. — Я знаю, ты рассчитывала праздновать Рождество в своем обожаемом Риверс-Эдже.
— Я нисколько не огорчена, ваше величество. Я считаю за честь служить вам в это трудное для вас время, — ответила Нисса.
— А вот Генри очень сердит на меня, — вздохнула Кэт, взяв Ниссу под руку и направляясь к дому. — Я написала ему такое красивое письмо. Уверена, он скоро простит меня. Просто он на время запер меня здесь, в глухой деревне, чтобы как следует наказать, но, — она оживленно рассмеялась, — мы устроим себе чудесное Рождество, правда? Все будет точь-в-точь как когда мы были детьми. Никаких забот, и никакие мужчины не будут нас беспокоить.
Нисса с трудом верила своим ушам. Неужели Кэт не понимает серьезности своего положения? Похоже, что нет.
— Говорят, леди Рочфорд потеряла рассудок, — вполголоса сообщила она королеве.
— Ох, я так рада, что избавилась от нее! — воскликнула Кэт. — Она меня просто изводила. Одно время я думала, что она хорошая, но она действительно просто мерзаика. Ничего удивительного, что она второй раз не вышла замуж. Кто захочет жениться на такой?
Они вошли в дом, но едва королева увидела свои комнаты, она немедленно возмутилась:
