Сабир вдруг замолчал, внимательно глядя на Габриеля, к кровати которого подошел во время разговора. Он смотрел и не мог поверить в то, что видел. Серо-голубые. Да, именно серо-голубые глаза были у его спасителя. Немного мутные, потому что пациент еще не совсем пришел в себя, однако…
- Назим, быстро за врачом!
А глаза медленно закрываются, словно человек не в силах бороться со сном, зато приборы рядом с кроватью запищали активнее, реагируя на пробуждение пациента.
Буквально через минуту в палату ворвались трое врачей, отстранили Сабира, попросив его пока присесть и не мешать, а затем занялись пациентом, проверяя его реакции и переговариваясь между собой. Когда краткий консилиум был окончен, один из врачей подошел к Сабиру.
- Кажется, мозговая активность начала восстанавливаться. По крайней мере, некоторые реакции появились, что дает нам надежду на лучшее. Однако, окончательно все станет ясно не раньше завтрашнего утра.
- Хотите сказать, что он снова может впасть в коматозное состояние?
- В моей практике уже бывали подобные случаи, поэтому я пока воздержусь от прогнозов. И еще, господин Шариф, скорее всего речевая функция, как и двигательная, будут восстанавливаться медленно. Так часто бывает после выхода из комы, так что не стоит этого бояться. Сейчас молодой человек спит, я назначил дополнительно кое-какие стимулирующие медикаменты, посмотрим, как пройдет ночь.
Всю ночь Сабир почти не смыкал глаз. Отпустив медсестру, он придвинул кресло к кровати Габриеля, устроившись в нем с максимальным удобством, насколько это было возможно в данной ситуации. Так Сабир и просидел, чутко реагируя на любое движение или звук, так что о сне оставалось только мечтать. Несколько раз за ночь заглядывал врач, проверяя показатели приборов. Он даже пытался уговорить Сабира отдохнуть, если не дома, так хотя бы на софу прилечь, но мужчина упрямо отказывался, предпочитая оставаться в кресле.
В восемь утра вновь состоялся консилиум врачей, однако никаких долгосрочных прогнозов снова никто не давал, а к десяти за Сабиром приехала машина, так что мужчине пришлось уйти, взяв с врача слово, немедленно позвонить ему, если будут какие-либо изменения.
После окончания встречи в министерстве, на которой Сабир присутствовал чисто номинально, так как мысленно был рядом с Габриелем, он вновь вернулся в больницу. Войдя в палату, Сабир отпустил дежурившую рядом с кроватью медсестру и тут же наткнулся на мутный взгляд юноши. Губы его едва шевельнулись, и Сабир тут же оказался рядом с кроватью, накрывая его ладонь своей.
- Ты очнулся? Как себя чувствуешь? Пить хочешь?
Молодой человек немного нахмурился, словно с трудом понимая, что ему говорят, а потом слабо кивнул и тут же устало прикрыл глаза. Вода с глюкозой уже стояла на столе в специальной чашечке с носиком, чтобы лежащим больным было удобно пить, не обливаясь. Как только живительная влага коснулась языка Габриеля, тот сделал несколько глотательных движений и едва заметно повел головой в сторону, показывая, что хватит. Сабир сразу же убрал чашку, протерев салфеткой несколько ускользнувших капель, упавших на шею. После этого Габриель снова открыл глаза, но взгляд его плыл, ни на чем не останавливаясь, а затем веки вновь опустились. Мышцы лица медленно расслабились, и юноша вновь погрузился в сон.
Глава 4.
Он чувствовал себя слабым и беспомощным, плавая в каком-то тягучем мареве, липком и холодном. Изредка ему удавалось вырваться наружу, чтобы услышать чьи-то слова, но их смысл совершенно не доходил до уставшего мозга, так и оставаясь невнятным бормотанием на краю сознания. Потом ему удалось открыть глаза, чтобы увидеть темный силуэт, что-то говоривший ему. Но держать глаза открытыми было очень тяжело, да и липкое нечто не хотело отпускать его так быстро, так что он снова погрузился в то место, хотя и не так глубоко, как раньше. Теперь вокруг него было чуть светлее и еще его время от времени тревожили новые голоса, тормоша его и куда-то зовя. Идти никуда не хотелось, так что он упорно продолжал не замечать ничего вокруг, стараясь растянуть свое пребывание вдали от суеты как можно дольше.
В следующий раз он открыл глаза, когда почувствовал сильную жажду. Перед глазами мелькнуло что-то белое с женским лицом, и нежный голос что-то сказал. Он уже хотел попросить воды, но едва разлепил губы, как девушка исчезла, а на ее месте появился мужчина. Черт его лица он не разглядел, все как-то странно плыло перед глазами, не давая ни на чем сосредоточиться. И снова надо пересиливать себя, чтобы попросить воды, но мужчина все понимает сам и дает ему напиться. После нескольких глотков становится легче, так что он может даже рассмотреть лицо, выплывающее из тумана. Красивые черты лица, черные глаза, темные волосы. Почему-то лицо кажется незнакомым, хотя голос этот он уже слышал. Впрочем, неважно. Веки словно наливаются свинцом и опускаются, чтобы он мог еще немного поспать, набираясь сил.
