С этими грустными мыслями она бродила между шикарными дамами и их импозантными спутниками, время от времени пригубляя шампанское. И не заметила, как захмелела. И ещё одной вещи она не заметила, очень важной вещи – того, каким взглядом провожал её праздное дефиле тот, о ком она думала. Собеседники Евгения стремительно менялись, точно детский калейдоскоп, но видел он только одну цель – женщину с бокалом, беззаботно порхающую между гостями. «Кто она?» – уже в который раз задавал он себе вопрос, всматривался, вглядывался, пытаясь вспомнить, где он мог её видеть и не мог вспомнить. Что-то неуловимо-знакомое было в её облике, но что именно – он не мог понять. Но цель влекла его к себе, заставляя вновь и вновь смотреть и любоваться ею. Всё-таки это смело – вот так выставлять свою красоту и молодость, демонстративно декольтируя спину с очаровательными выпирающими позвонками и сладкой ложбинкой чуть пониже талии! Как бы ему хотелось повторить губами этот милый рисунок!
Евгений пил коньяк, хмелел и любовался заезжей нимфой, имени которой он не знал, но знакомство с которой, был уверен, таило в себе немало приятных минут, часов, а может и дней. Как знать, быть может неудача с Ириной, которая не давала ему покоя и забвения, отпустит, если он попытается поймать синюю птицу счастья в образе прекрасной незнакомки? И, быть может, уже достаточно задавать себе этот дурацкий вопрос и начать, наконец, наступление, пока кто-нибудь другой не воспользовался одиночеством неизвестной красавицы? Евгений допил коньяк, поморщился его крепости, и направился в сторону Ирины, которая и не подозревала, что её образ рождает непристойные мысли в голове любимого человека.
«Вы танцуете?» – Ирина едва заметно вздрогнула, услышав этот голос, но обернулась на его источник уже совсем спокойной, с лёгкой улыбкой на губах.
– Но здесь никто не танцует.
– Да, но мы-то с Вами не «никто». Так Вы танцуете?
– Если только мысленно. Не рискну нарушить установившиеся традиции фуршета.
– Я скажу Вам по секрету, – Евгений приник губами к маленькому ушку Ирины и прошептал: «Я здесь хозяин». А затем добавил уже громче: «Поэтому мы будем делать всё, что захотим. Даже если это идёт вразрез с общепринятым. Вы готовы поддержать моё желание?» и чуть не добавил «обладать Вами», но вовремя спохватился и взял себя в руки.
– Но раз Вы – хозяин, все Ваши желания – закон для остальных.
– Вы – не остальная. И мне бы хотелось, чтобы Вы сами пожелали уступить мне в моей просьбе.
– И Вас не смущает тот факт, что мы будем выглядеть странно на фоне жующей публики?
– Нисколько, а Вас?
– Тогда и меня – нисколько, – и она дала ему свою руку, которую он тут же одарил поцелуем.
– Чтобы Вы не чувствовали себя неловко, приглашаю Вас в зимний сад. Там за нами не будут наблюдать ничьи любопытные глаза.
– Это-то меня и смущает больше всего. Вы гораздо опытнее меня в танцах, и я опасаюсь Вашей критики, – хотя на самом деле Ирина опасалась оказаться наедине с Евгением и не суметь сдержать своих эмоций.
– Вам нечего опасаться, я обещаю Вам, что буду самым лояльным судьёй.
Ирина порадовалась, что на всякий случай открепила от платья бейдж с аккредитацией и личными данными, и теперь её инкогнито с большой долей вероятности не будет раскрыто, однако ноги её подкашивались: то ли от шампанского, то ли от волнения. И тогда Ирина вспомнила наставления Ольги: «если ты смущена или испугана, не подавай виду, попробуй перевоплотиться в бесстрашную амазонку, и ты почувствуешь прилив сил и авантюризма». И Ирина зашагала вслед за Евгением уже гораздо увереннее.
Евгений остановился возле цветущего мандаринового дерева и залюбовался нежными цветками, источавшими тончайший аромат цитруса. Затем он обернулся к Ирине, и в его глазах она увидела такое восхищение, что едва не растаяла от радости. Когда-то он показался ей безобидным, немного странным ботаником, но по мере узнавания, не переставал её удивлять: и своей эрудицией, и своими талантами. А теперь ко всем его достоинствам прибавилось ещё одно, не менее весомое – умение выстраивать бизнес таким образом, чтобы конкурирующие компании лишь кусали локти, гадая, каким же секретом владеет «лимонадный король».
– Как тебя зовут? – просто спросил Евгений, и у Ирины отлегло от сердца – он не собирался играть роль «большого» человека, он был самим собой, правда, пытался изменить Ирине с нею же. Хотя слово «измена» было в данной ситуации несколько неуместным, ведь Ирину и Евгения никогда не связывали близкие отношения. И Ирина, вздохнув и осознав эту простую истину, ответила:
– Алла, – почему она представилась именем своей покойной матери, Ирина и сама не знала, наверное, так она чувствовала себя более защищённой, хотя защитой служило всего лишь родное имя из далёкого прошлого.
– А меня Евгений.
– Я знаю. Вы – Евгений Князев, владелец нескольких лимонадных марок.
– Ты пробовала продукцию моей компании?
– Честно говоря, живу в такой глуши, что даже не слышала о ней.
– Так ты не москвичка?
– Нет. К счастью нет.
