По моим же тогдашним впечатлениям, несмотря на наступательную риторику в адрес США, в поведении и характерных оговорках ПерСека усматривалась скрытая зависть к этому оплоту империализма. В нынешние времена тайную мечту «Кукурузника» реализовали его дети и внуки, уехавшие на ПМЖ за океан. Как тут не вспомнить «яблоко от яблони». Это не сын «английского шпиона» Л. П. Берии, репрессированный Хрущем и лишенный решением Политбюро права на отцовскую фамилию – Сергей Гегечкори. Тот до конца дней оставался на Родине и внес большой вклад в ее обороноспособность в качестве ракетного конструктора.
Надо сказать, что учеба в университете, кроме общения с незаурядными личностями из числа преподавателей, позволила мне воочию увидеть других интересных людей, вошедших в историю науки, литературы, да и страны в целом.
Первым из них, естественно, стал Ю. А. Жданов.
Фамилию ректора нашего университета я узнал лишь с началом учебы. Ее обладатель представлялся «нематериальным по типу далекой звезды» (Т. Шаов). Этому способствовали родственные связи ректора с другими «нематериальными» историческими личностями – А. А. Ждановым и И. В. Сталиным. На дочери последнего – Светлане Аллилуевой – он был когда-то женат.
Впервые я увидел Юрия Андреевича в октябре 1961 года. В перерыве между лекциями вместе с однокурсником Сашей Ивановым мы прогуливались по коридору четвертого этажа главного учебного корпуса. Навстречу шел мужчина лет сорока, ниже среднего роста, непримечательной внешности в халате-спецовке синего цвета. Я решил, что это электрик, вызванный для ремонта барахлившей розетки в аудитории № 401. Поравнявшись, «электрик» обратился к Саше со словами: «Ну, как, осваиваетесь?». Услышав утвердительный ответ, одобрительно кивнул. После ухода «электрика» прокатился приглушенный шелест окружающих: «Жданов!». Я в недоумении обратился к Саше: «Где они увидели Жданова?». «Да вот же он подходил» – ответил товарищ.
Тут надо пояснить, что Саша Иванов первоначально поступил на географический факультет РГУ, конкурс на котором отсутствовал. Затем, наделенный от природы уникальными обаятельными способностями, сумел пробиться на личный прием к Ю. А. Жданову, «обаяв» которого добился перевода на юридический факультет. Об этом я узнал от самого Саши.
В дальнейшем видеть и слышать Ю. А. Жданова мне приходилось на студенческих диспутах, да в университетской колонне первомайской демонстрации 1963 года, где я запечатлел его на фото в кругу преподавателей.
Первомайская колонна РГУ 1963 г. перед выходом на Театральную площадь
На фото слева направо: Е. Н. Осколков – парторг университета,
В. А. Тищенко-проректор по учебной части,
Ю. А. Жданов – ректор
и (величественный на вид) проректор по хозяйственной части (фамилии и имени не помню)
Последняя встреча произошла на собрании нашего курса по поводу распределения для обязательного трудоустройства. В тот раз Валентин Басалаев попросил ректора заменить направление следователем в милицию Калмыкии назначением в Краснодарский край, где ему предлагали аналогичную должность. Ответ Юрия Андреевича привожу дословно: «Понятно. Кубань – это Сочи-мо́чи. Но надо же кому-то и в Элисту ехать». Правда, насчет Элисты ректор проявил оптимизм. Для Валентина столица Калмыкии оказалась недосягаемым «градом на холме». По склону этого холма Басалаев закатился в отдаленный степной райцентр, куда воду для бытовых нужд привозили два раза в неделю. Мыться приходилось дома в корыте. Там, в отличие от цивилизованных мест, следователи тянули повседневную службу райотдела наравне с оперативным составом, хотя формально должны были заниматься исключительно процессуальной деятельностью. Валентина я встретил (и не сразу узнал) в темном коридоре УООП по Ростовской области летом 1967 года. Однокурсник имел облик заскорузлого (прокаженного, по терминологии В. Захарченко) мента. На его форменной фуражке красовалось пулевое отверстие – визитная карточка, полученная при задержании убийц, укрывшихся в колхозной кошаре. В день встречи Валентин вел переговоры о переводе в Ростовскую область.
Надо отметить, что отношение ректора к просьбе Валентина не носило личной окраски. Его ответ отражал устоявшуюся точку зрения. Я сужу об этом по рассказу Тамары Филипповой – школьной подруги моей Людмилы. Речь идет о дочери бывшего начальника Владикавказского суворовского училища, о семье которого я упоминал ранее. Ю. А. Жданов был руководителем дипломной работы девушки, результаты которой оценивал положительно. Тамара – школьная золотая медалистка, увлеченная наукой студентка – «краснодипломница», обратилась к Юрию Андреевичу с просьбой посодействовать в направлении на работу по распределению в НИИ.
