Я изо всех сил постаралась вспомнить что-нибудь хорошее, и в памяти всплыло время, когда мы с мамой купили карамельное мороженое и всю ночь смотрели романтические комедии, заливаясь смехом на дурацких моментах. Лучше так, чем думать о моей боли сейчас.
— Мама. — Из глаз покатились слезы.
Моей руки коснулись.
— Мэри, ты можешь исцелить себя? — спросил кто-то.
— Я не могу, не могу, — процедила я сквозь зубы, изо всех сил стараясь не потерять сознание.
— Мэри, ты должна разрешить мне тебя исцелить, иначе я не смогу этого сделать.
Что он сказал? Было сложно различить слова мужчины сквозь стучащий пульс в моих ушах. Мир погружался во тьму, и я решила позволить ему померкнуть. Возможно, тогда бы боль отступила.
— Мэри! — Державший меня человек с силой встряхнул меня за плечи, и темнота немного рассеялась. — Посмотри на меня, — потребовал он, поворачивая мою голову. — Ты должна дать мне свое согласие. Пожалуйста, Мэри, просто скажи «да».
В голове зазвенели тревожные колокольчики.
— Нет, нет. Я не дам тебе ее забрать, — прошептала я. — Встрепенувшись, я попыталась вырваться из рук Келсона, но меня пронзила боль. Охнув, я замерла.
— Это я, Бриоан. Бриоан. Келсона нет. Пожалуйста, Мэри, пожалуйста, поверь мне. — Голос дрожал от эмоций. Я попыталась разглядеть его лицо. Аметистовые глаза пристально смотрели на меня. — Пожалуйста, Мэри. Доверься мне.
В его глазах не было никакого злого умысла, лишь беспокойство, настолько сильное, что это тронуло меня. Не голубые глаза, аметистовые. Бриоан.
— Да, исцели меня. Я доверяю тебе, Бриоан. — Это все, что я смогла сказать, прежде чем мир вокруг меня погас.
-
8
-
Я почувствовала, как сквозь веки пробивается свет, но не хотела открывать их. Мое тело все еще было уставшим, но мозг уже начал выдавать картинки. Мечи, разбойники, нож у меня в боку. От этой мысли я полностью проснулась и быстренько потянулась ощупать свой левый бок. Не было ни боли, ни стягивающей повязки на коже. Под спиной был мягкий матрас, а оглянувшись вокруг, я увидела серые оштукатуренные стены и открытое окно напротив кровати, впускающее внутрь теплый ветерок.
— Наконец-то ты проснулась.
Я повернула голову и увидела Бриоана, сидящего на деревянном табурете у моей кровати. В первый раз я увидела в Айберло хоть какое-то подобие стула. Это дало мне надежду на лучшее.
— Что произошло?
— Тебя пырнули ножом. Я тебя исцелил.
— Это я поняла. Выходит, ты, гм… разобрался с теми парнями в одиночку?
— Да.
Я решила не спрашивать, были ли они мертвы.
— Так как это работает? Теперь ты сможешь исцелять меня, когда захочешь, или тебе нужно спрашивать разрешение всякий раз?
— Как только разрешение получено, спрашивать во второй раз уже не нужно.
— Это немного пугает. Ты бы мог сделать что-то еще, кроме исцеления?
— Нет. Ты разрешила мне только исцелить тебя, и ничего больше.
— Но если тебя зачаровывают, маг старается получить разрешение делать с тобой все, что он захочет?
— Да. — Помедлив, он добавил: — Ты можешь сказать, что мне больше нельзя тебя исцелять, и тогда я ничего не смогу сделать.
— Можно ли как-то навредить человеку, получив у него одобрение на исцеление?
Бриоан задумался.
— Не могу сказать наверняка, но мне и в голову не приходило использовать это другим образом. Ты хотела бы отозвать свое разрешение? — спросил он.
— Нет. Я же сказала тебе, что доверяю. Ну, мне так кажется. — Память оставалась затуманенной.
— Сказала. — Он тепло улыбнулся. Улыбка озарила его лицо и я в первый раз заметила, что он выглядит уставшим и встревоженным.
— Почему ты уставший? Разве ты не исцелил меня и лег спать?
— Все оказалось немногим сложнее. Я не был уверен, какие сплетения задействованы в твоей ране, поэтому мне пришлось осторожничать, чтобы случайно не усугубить порез или ненароком тебя убить.
— Ага, значит ты можешь
— Да, наверное. — Он задумался. — Но опять же, не факт, что я смог бы тебя убить, получив лишь твое разрешение на исцеление. Вчера я об этом и не думал, и это уберегло меня от кучи волнений. — Он выглядел осунувшимся. — Откуда у тебя берутся такие мысли?
— Наверное, я просто рассматриваю сплетения с другой точки зрения, чем ты, ведь я не жила всю свою жизнь с магией.
— Вот, поешь. — Он сунул мне в руки миску склизкого коричневого супа. Мне очень не хотелось испытывать судьбу, но Бриоан с такой надеждой смотрел на меня, что волей-неволей я потянулась к протянутой ложке. По вкусу это напомнило мне жидкую отбивную. Мне нравилась отбивная в твердом виде, но суп-отбивная был совсем другим делом. Я его все равно съела, потому что проголодалась и Бриоан не сводил с меня глаз, но искренне желала, чтобы мои вкусовые рецепторы перестали работать.
