Должно быть, порция шампанского не оказала никакого влияния на ее способность соображать, несмотря на то, что бокал был внушительных размеров. В бокалах такой тюльпановидной формы долго задерживаются пузырьки. Это была одна из тех премудростей, которые она постигла, читая «Жизнь Юга» и «Город и окрестности» последние несколько лет.
Джин вспомнила про свою контору, загрустила и решила проверить, крепко ли ее запер похититель. Она почувствовала потребность «попудрить носик», попробовала повернуть ручку двери и вдруг обнаружила, что комната не заперта.
Осторожно выйдя из комнаты, Джин осмотрелась. Не было заметно, чтобы кто-нибудь охранял ее. Глубоко вздохнув, девушка с независимым видом направилась в дамскую комнату в конце длинного, устланного ковром коридора.
Зеркала, висящие на стенах дамской комнаты, отражали обитые дорогой тканью кресла, диван и шелковистую зелень в мраморных вазах.
Здесь сплетничали несколько элегантно одетых женщин. Ароматы дорогих духов смешивались с сигаретным дымом. Девушка вошла, стараясь остаться незамеченной.
Намыливая руки, Джин заметила, что маленькая женщина с горящими глазами тайком записывает в маленький блокнотик пикантные подробности из подслушанной болтовни.
Джин всегда все схватывала на лету, она поняла, что это, вероятно, репортер из «Светской хроники». Она старалась незаметно наблюдать, как эта женщина записывает информацию. «Ну и любопытная же ты, Джин,» – с усмешкой подумала о себе девушка.
До Джин доносились язвительные замечания, которые ей хотелось бы понять получше. Некоторые комментарии были весьма злые, и Джин инстинктивно понимала, что говорившая могла бы поставить кого-то в неудобное положение своими эмоциональными излияниями.
– Ну, если бы я была на месте Пита ван Роя, я бы присматривала за Кики, когда его красавчик-кузен крутится поблизости, – говорила одна из женщин низким голосом, было ясно, что она выпила лишнего, – разве это не самый привлекательный мужчина, какого вам доводилось встречать?
Джин старалась вспомнить, откуда ей известно имя – Кики ван Рой. Вдруг ей пришла на ум женщина, которая провела все утро в офисе Бена Эванса, выбирая бланки для приглашений. Конечно, это она.
Другая женщина жаловалась подруге:
– Как обидно, что приходится надевать фальшивые серьги и колье на такие вечеринки. Я и говорила Лансу: несправедливо иметь драгоценности и хранить их в сейфе. Было бы гораздо приятнее держать их в шкатулке и перебирать и рассматривать, когда захочется.
«Вот бедняжка», – подумала Джин, взглянув на себя в зеркало, чтобы проверить, на месте ли брошь.
Пора было возвращаться. Она не хотела больше привлекать к себе внимание, и так было достаточно.
Когда через несколько минут девушка вернулась к служебной комнате отеля, полицейский набросился на нее с таким видом, что стало ясно: он ее искал.
– Где вы пропадали? – напористо спросил он. В глубине золотисто-серых глаз, казалось, полыхает огонь. Джин раньше не замечала, как быстро меняется выражение его глаз.
– Даме нужно время от времени попудрить нос, – ответила она холодно.
Минуту он изучал ее нос, потом выпрямился и, вздохнув с облегчением, жестом предложил войти. Джин почувствовала, что возражения бесполезны.
Он закрыл дверь поплотнее.
– Я считаю, что для вас будет безопаснее присоединиться к празднеству, – заявил он решительно, – по крайней мере если вы останетесь со мной и не ускользнете с кем-нибудь другим.
– Ну что ж, это лучше, чем сидеть взаперти, – сухо ответила Джин.
Выражение его лица подсказывало ей, что не стоит упускать шанс. Молодой человек как ни в чем не бывало предложил ей руку, будто не сомневался в том, что Джин повинуется без слов. Выбора не было. Положив руку на сгиб его локтя и гордо вскинув подбородок, она была готова двигаться, куда он прикажет. Под мягкой шерстью рукава Джин ощутила его сильную, мускулистую руку.
Войдя в зал, они привлекли всеобщее внимание. Мужчин в зале было мало, в основном – женщины. Девушка подумала, что мужчин больше интересуют деньги, которые проигрываются за игорными столами, чем танцы и общение с дамами.
Джин быстро догадалась о цели их променада через весь зал. Она состояла в том, чтобы отбить у кого бы то ни было охоту даже близко подойти к девушке, не то что похитить ее брошь. Было ясно, что агенту Интерпола нет никакого дела до рулетки.
«Вот тоска», – подумала Джин.
Вдруг, слегка наклонившись, ее непрошеный страж предложил:
– Не хотите ли зайти в буфет?
– Конечно, – быстро отреагировала Джин. Честное слово, это самое лучшее предложение, которое она хотела бы получить.
Еще оформляя меню для этого вечера, Джин мечтала о деликатесах, которыми будут заставлены длинные, покрытые полотняными скатертями столы. И все же она не была готова к этому великолепию из серебра, хрусталя и причудливо сервированных блюд. Предупредительные официанты в высоких крахмальных колпаках и белых форменных куртках были готовы с полунамека выполнить любое пожелание гостя.
– Вот что вам следует охранять, – Джин покосилась на свой «эскорт», взяла тарелку и протянула официанту, чтобы тот наполнил ее.
