За межевыми камнями ученые инстинктивно сбиваются в тесную кучку. Разговоры стихают, все больше внимательного вслушивания и звуковых сигналов. Длинноклешень заверяет присутствующих, что она отгоняет от своего кратера и разбойников, и мародеров, но и сама, идя позади, несколько раз подает звуковые сигналы – на всякий случай. Впрочем, слышатся только крики каких‑то диких детей, да и те быстро убегают, едва заметив приближение взрослых.
По пути к поселению близ кратера Анри и Роб оставались немногословны. Внимание каждого было сосредоточено на навигационных панелях с внутренних сторон шлемов. Ориентирование на Ильматар казалось обманчиво простым: выбираешь курс по инерционному компасу, направляешь крылатку в нужном направлении – и вперед. Но Фриман время от времени ловил себя на мысли: как же непросто ориентироваться без электроники! Звезды скрывала километровая толща льда над головой, а приличного магнитного поля у Ильматар не было. Едва получается отличить верх от низа – если только поисковые огни не гасли, дно не пропадало из виду и вас не окутывало облаком песчаной взвеси, а вот держаться на заданной глубине удавалось исключительно благодаря наблюдениям за экраном эхолота и датчиком давления. Без навигационного оборудования человек на Ильматар был бы слеп, глух и совершено потерян.
К 05.00 исследователи приблизились к намеченному месту.
– Только пассивный режим эхолокации, – велел Керлек, – и необходимо сохранять тишину. Ты можешь снимать со ста метров?
– Потом придется усиливать и чистить изображение… но в общем – да.
– Вот и хорошо. Займешь позицию вон там. – Анри указал куда‑то в темноту.
– Где именно?
– Возле той громадной кучи камней по направлению… сейчас… сто градусов, примерно в полусотне метров.
– Хорошо.
– Стой там и не шуми. Я направляюсь вперед, к кратеру. Отдай мне второй беспилотник.
– Договорились. Что собираешься делать?
– Зайду прямо в поселение.
Покачивая головой, Фриман отыскал себе относительно удобное укрытие в камнях. Дожидаясь, пока осядет взвесь, оператор заметил, что перед ним – не природная гряда: обработанные камни, остатки какого‑то сооружения… Кое‑где на поверхности даже вырезаны узоры и письмена. Фриман старался заснять как можно больше. Попробуй не снимать – остальные ксенологи на «Хитоде» потом семь шкур спустят.
Керлек продвигался вперед в мутном облаке. Если он будет баламутить придонный ил, то большая камера окажется бесполезной, а потому Роб рассчитывал лишь на беспилотники. Один следовал за Анри на расстоянии десяти метров, второй снимал журналиста сверху. Связь по лазеру была несколько шумновата под водой, в основном – из‑за частиц, но подробности и не нужны. Все сохранится на камерах беспилотников, а потому Фриман довольствовался тем, чтобы просто охватить окулярами аппаратов как можно больший радиус. Поскольку оператор сидел удобно и мог орудовать руками, то вместо голосовых команд и особенно раздражающего визуального управления он пользовался виртуальным джойстиком.
– Гляди! – неожиданно воскликнул Керлек.
– Что? Где?
Изображение на передней камере Керлека приблизилось, показались восемь ильматарцев, плывущих строем, метрах в десяти над дном. Все – взрослые, в поясах с какими‑то приспособлениями. Двое – при копьях. С тех пор как беспилотники принесли первые изображения аборигенов, их описывали как гигантских омаров, но, глядя на строй инопланетян, проплывающих над головой, Роб не мог согласиться с таким описанием. Большеголовые, плоскохвостые местные жители напоминали скорее белуг в доспехах. Длина тел взрослых особей колебалась от трех до четырех метров. Каждый имел с дюжину конечностей, аккуратно согнутых под панцирем; позади – ноги, спереди – четыре подии, передняя пара заканчивалась большими, точно у гигантского богомола, клешнями. Кроме того, аборигены имели острые жвала и длинные осязательные щупальца. Сама голова представляла собой громадный, гладкий купол, блестящий, точно угольное ведерко на шее, откуда и взялось научное наименование ильматарцев: Salletocephalus structor. Введенные в режим ожидания датчики Керлека перехватывали щелчки и потрескивания, создаваемые локацией аборигенов, изредка перемежаемые пронзительной клавесинной нотой.
Оба человека наблюдали, как над головой Керлека проплывает отряд ильматарцев.
– Как думаешь, чем заняты местные? – спросил Роб, едва группа инопланетян скрылась.
– Не знаю. Скорее всего отряд охотников. Отправлюсь за ними следом.
Фриман собрался было поспорить, но не стал: с Анри это занятие безнадежное.
– Не уплывай далеко.
Анри оттолкнулся от дна и отправился следом за ильматарцами. Людям было непросто угнаться за аборигенами, даже в ластах. Через пару минут Керлек уже вспотел, тяжело пыхтя.
