«Лолита» Набокова-Сирина переведена уже на 30 языков. В Германии она имела у критики и у читателей больший успех, чем «Доктор Живаго». Теперь «Лолиту» фильмуют в Лондоне, по сценарию, написанному самим автором. Роль Лолиты поручена пятнадцатилетней американской актрисе Сю Лайон. Остальные роли в руках Джеймса Мэйсона, Шелли Винтерс, Питера Сэллерс и др. Фильм выйдет на экран предстоящей весной.
Набоков-Сирин, с которым мы встретились в Ницце, в свой 61 год выглядит на редкость молодо. Его первые романы по-русски у читателей зарубежья имели большой успех. Набоков-Сирин пишет с одинаковым стилистическим мастерством по-русски, по-английски и по-французски. Романы и рассказы Сирина, которые он за последние двадцать с лишним лет опубликовал по-английски, хвалили и критики и читатели, но сенсаций они не вызвали. Первый настоящий литературный успех выпал на долю «Лолиты», принесшей Набокову не только мировую славу, но и крупные авторские, позволяющие ему посвятить себя исключительно литературе. В последние 20 лет Набоков в Харварде и Корнельском университете читал курсы о европейской и русской литературе
Оставив кафедру в Корнельском университете, Набоков прежде всего занялся переводом на английский язык «Евгения Онегина».
— Все переводы «Онегина», — сказал он мне при нашей встрече в Ницце, полны ошибок, часто чудовищных. Не всегда верно переводили пушкинский текст даже такие литературоведы, как известный польский поэт Юлиан Тувим, Бабет Дейтш, немец Вульф и др. Безукоризнен перевод «Онегина» на французский язык, сделанный Тургеневым сообща со знаменитой певицей Виардо.
Беседа перешла на современную русскую литературу. «Доктор Живаго», по мнению Набокова, среднего качества мелодрама, с троцкистской тенденцией. Это определенно пробольшевистское произведение, хотя и антисталинское. Книга, по мнению Набокова, плохо написана, очень плохо. Пастернак никогда хорошим прозаиком не был. Поэт он, конечно, хороший. Не такой большой, правда, как, скажем, Блок, но хороший.
«Тихий Дон» Шолохова? Третий сорт. Любимцы Набокова в советской литературе Ю. Олеша, Зощенко, Ильф и Петров, в поэзии — Мандельштам и Сельвинский. «Советская литература, — говорит Сирин, — мещанская литература. Это характерно для литературы всякой страны с крайним государственным режимом. Илья Эренбург? Блестящий журналист и большой грешник. Моя покойная мать во время оно зачитывалась его поэмой „Молитва о России“, которую он написал, когда был еще в антикоммунистическом стане».
Из литературы русского зарубежья Набоков высоко ставит Бунина и Ходасевича, последнего он считает самым значительным русским поэтом нашей эпохи, к сожалению недостаточно оцененным. Алексей Толстой? «Петр Первый», «Хождение по мукам» виртуозно написаны, но ряд глав там искусственно приспособлены к «генеральной линии». Все же Толстой, конечно, большой талант.
— Что я сейчас пишу? Новый роман. На побережье французской Ривьеры очень удобно работать. Я тут пробуду несколько месяцев, затем поеду, вероятно, в Швейцарию, может быть, и в Америку.
Сейчас Набоков, по заказу фильмовой компании, пишет сценарий своего романа «Камера обскура». Писатель живет сейчас в Ницце с женой, урожденной Слоним, дочерью известного когда-то петербургского адвоката, и с сыном, одаренным певцом.
— Кто знает, — смеясь говорит мне Набоков на прощанье, — может быть, через несколько лет меня будут представлять не как автора «Лолиты», а как отца знаменитого баса…
