– Могу я поговорить с тобой минутку? – тихо произнесла Эстелла Магде, когда та уже намеревалась последовать к выходу.
Она неохотно села обратно за столик и резко спросила:
– Ну что ещё?
– Вы уходите, хотя я только пришла, – сказала Эстелла.
– Ну, дорогая, чего ещё ты ждала, когда решила прийти сюда в таком виде?
Девушка почувствовала себя так, словно ей влепили пощёчину.
– Я провела ночь в полицейском участке, – медленно сказала она. – Ты ведь в курсе.
Магда в ответ лишь усмехнулась:
– И что теперь? Я да и все остальные должны из-за этого страдать?
– Но ведь я оказалась там из-за тебя. Это ты украла джем. Это ты сунула его мне в руки, а потом убежала.
– Я думала, ты знаешь, что с ним делать, – отрезала Магда.
– Я сразу сказала тебе, что делать. Ещё в магазине. От тебя требовалось просто вернуть его на полку, и всё. Но ты решила с ним убежать!
– Если ты и дальше будешь доставать меня этим...
– Я отсидела за тебя.
– Понятия не имею, что это значит, – небрежно бросила блондинка.
– Это значит, что ты меня подставила. Это тебя должны были поймать, а не меня. Всучила мне джем и смылась, ну как так? – Эстелла чуть было не плакала от негодования и обиды.
– А что ещё мне оставалось делать?
– Повести себя как друг. Забрать из участка. Переживать. Или хотя бы просто казаться менее презрительной, когда я сюда пришла, – ответила девушка. Ей хотелось прокричать это на всё кафе, но она сдержалась.
– Ты воровка, – пожала плечами Магда. – Тебе ведь явно не привыкать. А теперь прими наконец ванну и переоденься. А мы с девчатами пройдёмся по магазинам. – Она вынула из сумочки ключ от особняка и протянула его Эстелле. – Вот, держи. Кстати, оставь эту блузку себе. – Блондинка поднялась из-за поганки и направилась к выходу. – Сомневаюсь, что этот запах когда-нибудь выветрится.
Девушка доела омлет, стараясь выглядеть как можно более достойно, несмотря на свой непрезентабельный вид и неприятный запах. Затем она вышла из кафе и побрела обратно к особняку. Её босые ступни покрылись волдырями и ужасно болели. Но Эстелла даже радовалась этой боли, ведь она приглушала её злость.
Отперев парадную дверь, она вошла в прохладный холл. Бетти уже успела вернуться из магазина и поспешила ей навстречу.
– А, вот и вы, мисс Эстелла! – ласково сказала она. По крайней мере, добрая служанка не презирала её за этот ужасный вид. С другой стороны, она так много повидала в этом доме, что, вероятно, просто разучилась чему-то удивляться. Она вполне могла подумать, что быть грязной – это очередная модная выдумка безумной молодёжи. – Не желаете чашечку чая?
– Нет, спасибо, – ответила девушка, направляясь к лестнице.
Многочисленные портреты Морсби-Пламов с отвращением смотрели, как она поднимается в голубую спальню. Стащив с себя грязную блузку и мини-юбку, она понюхала их и в ужасе отшатнулась. В порыве ярости Эстелла метнулась к лестнице и сбросила одежду вниз, в просвет между перил.
Затем она направилась в самую большую из всех ванных комнат особняка и наполнила роскошную ванну, возвышающуюся на бронзовых когтистых лапах. Девушка добавила в воду по большой горстке каждого вида ароматизированных солей, и пространство наполнилось облаками пара с ароматом розы, жасмина и лаванды. Опустившись в горячую ванну, она стала лихорадочно тереть своё тело мочалкой, желая смыть все следы этой чудовищной ночи.
Жаль, Эстелла не могла с той же лёгкостью отмыть свою гордость и веру в людей.
Она лежала в наполненной ванне, пока та окончательно не остыла, затем наполовину осушила её и снова добавила горячей воды. Внизу послышались знакомые голоса – двойняшки вернулись домой. Девушка лежала и ждала, когда услышит на лестнице лёгкие шаги Магды, которая ищет её, чтобы извиниться. Но этого не произошло.
Зато в гостиной громко заиграла музыка. Голоса Битлов отчётливо слышались даже в ванной, хотя она располагалась в противоположной части дома, да ещё и этажом выше. «Люси в небесах с алмазами» просачивалась сквозь пол и эхом отражалась от кафеля. Песня просила Эстеллу представить, как она плывёт в лодке по реке, окружённой мандариновыми деревьями, а над головой сияют джемовые небеса.
«Нет уж, спасибо, – думала она. – Никаких джемовых небес. Вообще больше никакого джема. Никогда».
Девушка отмокала в тёплой воде так долго, как только смогла, но через какое-то время ей стало тяжело дышать, а кожа на руках и ногах неприятно сморщилась. Тогда она вылезла и, не потрудившись слить воду или хотя бы вытереться, зашагала к себе в комнату, оставляя на полу коридора вереницу мокрых следов. Оказавшись в спальне, Эстелла громко хлопнула дверью и забралась в мягкую свежую постель. Её простыни пахли цветами апельсина.
Девушка уснула, едва коснувшись подушки. Она надеялась, что сон сотрёт все ужасы прошлой ночи и все унижения дня. Время шло, свет за окном потускнел. Она проснулась в той же позе, в которой заснула, и обнаружила, что на улице уже смеркается.
Ничего не изменилось, кроме разве что музыкального сопровождения. Теперь в гостиной играл альбом «Электрочашки».
