- Можешь не оправдываться!
Пыжиков повернулся к Ромашкову спиной, сильно толкнул калитку и, шлепая сапогами по грязи, пошел вдоль улицы.
- Петр! - крикнул Ромашков. Но тот даже не оглянулся.
В конце поселка, куда шел Пыжиков, в горном ущелье, гулко шумела река. Неприглядно и смутно было у Петра на душе. В недвижимой высоте ночного неба стыли далекие звезды. Тишина ночи придавала доносившимся из ущелья звукам зловещий тон.
Глава четырнадцатая
Настя, лежа рядом с сестренкой в сарае, слышала монотонный гул горных потоков и все ближе и крепче прижималась к дремавшей девочке. Сарай был наполнен сеном. Здесь приятно пахло сухими травами и спелыми дынями. В саду с листьев все еще капала вода. Где-то близко одиноко и безрадостно вскрикнула желна. Рядом возились на насесте куры.
- Да не жмись ты ко мне! Совсем задавила, - тоненько полусонным голосом просила Валя. - Ты какая-то горячая...
- Очень, Валя!
- Может, захворала?
- Захворала, Валя... Ой, как занедужила - со счастливым смехом и стыдливым порывом к откровенности зашептала Настя.
- Тогда иди в хату на печку. Я тут одна буду спать.
- А не забоишься?
- Вот еще! - свернувшись, словно котенок, протестующе заговорила Валя. - Я вчера за грушами аж на самую вершину лазала и платье порвала.
- Как же это так?
- Да за сук зацепилась и повисла, как кошка.
- Ужас какой!
- Ладно мама не видела... А платье я сама зашила.
- Ты же у нас молодчина! - Настя обняла сестренку и начала горячо целовать.
- Да не лезь же ты до меня! Пусти! Вот же какая! Ну разве с такой озорухой уснешь?
- Я же завтра уезжаю, - с тихой грустью проговорила Настя.
- Это я знаю, - вздохнула Валя.
- Уеду и выйду замуж.
- Будет врать-то...
- У меня, Валечка, и жених уже есть.
Погладив сестренку по голове, Настя повернулась на спину и закинула руки на затылок.
- У тебя есть жених? - Валя быстро вскочила и облокотилась на подушку.
- Я ж тебе сказала.
- Ну да? Ты, наверное, обманываешь?
- Нет, Валечка милая, не обманываю, - ответила Настя с глубоким вздохом.
- А мама с батей знают?
- Мама знает, а батя еще нет.
- А чего же ты мне раньше не сказала? Он очень красивый, да?
- Он хороший, Валя.
- Кто он такой? Рыбак?
- Нет. Офицер, Валя, пограничник. Он сегодня к нам приходил.
- Приходил? А чего ж ты мне его не показала?
- Я не знала, где ты была. Ты еще увидишь его.
- Значит, офицер, пограничник... Это, которые в зеленых картузах, да?
- Не в картузах, а в фуражках.
- Вот это здорово! - не обращая внимания на замечание сестры, продолжала Валя. - А ты знаешь, какие пограничники герои? Ой-ей-ей! Я про Карацупу читала. Они разных бандюков и шпиенов ловят. Да так ловко! Ты знаешь? Ой!
Не находя слов, Валя легла поперек постели, уткнувшись подбородком в теплый живот сестры и, гладя ее сильную, тугую руку, тихо спросила:
- Ну, и как же ты теперь будешь?
- А пока никак, Валя.
- Ты станешь скоро жена... А когда свадьба?
- Не знаю, Валя. - Настя ворошила в темноте мягкие Валины волосы...
Вдруг во дворе залаяла собака. Сестры вздрогнули и крепче прижались друг к другу.
Настю охватило тревожное чувство. Пес лаял каждую ночь, чаще всего попусту, но сегодня, как это бывает со счастливыми и впечатлительными людьми, Настя испугалась. Она боялась теперь всего, что могло омрачить ее неожиданную радость.
- Косматый на кого-то лает, - прошептала Валя.
- Ну и пусть брешет...
- Там кто-то пришел, - сказала Валя.
- Я сейчас посмотрю, - проговорила Настя, пытаясь подняться с постели.
- Не ходи! - запротестовала девочка и вцепилась в Настю.
- Погоди. Я только в щелочку погляжу.
Настя легонько отстранила сестренку и подползла к двери.
Из-за тесной горной вершины всплывала луна. По двору разливался ее бледноватый свет и озарял изгородь. По ту сторону, у калитки, виднелась какая-то фигура в фуражке с высоким околышем. В отблесках луны светились на плечах погоны.
- Это он, Валя, - дрожащим голосом проговорила Настя и, схватив платье, стала торопливо надевать его.
- Кто это? - испуганно спросила девочка.
- Пришел все-таки, - как в забытьи ответила Настя.
- Я тебя никуда не пущу, - запротестовала Валя.
- Ну что ты, глупенькая! Это же Миша, жених мой. Понимаешь?
- А может, это не он, - вздрагивая всем телом, шептала Валя.
- Я тебе говорю, что он. Ложись в постель...
- Нет, я не лягу. Чего он ходит ночью? Мог бы днем. Я тоже на него посмотреть хочу.
- Завтра посмотришь. Он хороший. Миколке значок подарил. А ты молчи. Можешь в дырочку поглядеть... Только маме ни слова, чуешь?
- Да, чую...
Настя тихонько открыла скрипнувшую дверь, чувствуя, как трясутся у нее и подкашиваются колени. После разговора с матерью она не переставала думать о Михаиле ни одной минуты и не сомневалась, что это он. Смело подойдя к калитке, Настя отдернула задвижку и подняла глаза. Сердце дрогнуло и замерло. Перед ней стоял Петя Пыжиков.
- Это вы? - проговорила Настя одними губами.
- Я, Настя. Пришел... Не ждали? Здравствуйте! - ловя ее руку и горячо дыша в лицо, проговорил Петр.
