В лесу было хорошо, как дома. Глеб шел по чищенным хрустким дорожкам, поглядывая на кроны сосен, уверенно подпиравших дряхло-зимнее серое небо. Он ни о чем не думал, мысленные зачатки задавливал зрением, слухом; если не получалось, отнекивался: - А! Что будет, то и будет. В этих делах толком не разберешься, только кровь себе попортишь. Лучше жизнь природную наблюдать, дышать ароматом хвои для здоровья, как рекомендовал профессор. Тут с боковой тропинки, - вытоптанной, на него вышел Сандрар. Он, с ног до головы вымзанный мокрой глиной и песком, выглядел удрученным. В руках у него был нечто, завернутое в небрежную мешковину.
- Нашел что-нибудь? - поинтересовался Глеб, поздоровавшись
- Да, - заморгал Сандрар.
- Волшебную чашу Грааля? Или мощи Верцингеторикса?
- Верцингеторикс умер в Риме, в тюряге, - осудительно посмотрел кладоискатель. - А нашел я вот это.
Положив на снег сверток, он раскинул углы мешковины в стороны. Жеглов увидел ногу в высоком белом носке, нервозно отчлененную в коленном суставе. Ткани конечности не истлели, мумифицировались, видимо, нога покоилась в сухом песке.
- В кроличьей норе лежала. Их на поляне много, - сказал Сандрар.
- Думаешь, остальное в них?
- Думаю. А то что получается: пришел человек, отрезал себе ногу, сунул в нору и дальше попрыгал?
- Правильно соображаешь, - кивнул Глеб. - Еще бы голову найти.
- Чтоб узнать, кто это был?
- Да. У тебя есть вторая лопата?
- Есть саперная.
- Тогда пошли.
Спустя полтора часа на снегу, у самого края Кроличьей поляны, лежал труп. Лежал, как пазл, собранный из плотно подошедших к друг другу частей. Постояв над ним, Жеглов вздохнул, взял голову за волосы, завернул в мешковину, в которой была починная нога, спросил Сандрара: - Отнесешь остальное в морг? - и, получив утвердительный ответ, направился прямо к профессору.
Через десять с небольшим минут профессор кисло смотрел на голову, которую Глеб, ничтоже сумняшеся, разместил на его письменном столе, лицом, естественно, к явно не заинтересованной в объяснениях стороне.
- Где вы это нашли? - спросил, наконец, Перен. Заинтересованность, с трудом натянутая им на лицо, плохо скрывала раздражение, готовое вскипеть. Письменный стол теперь придется чистить, и он потеряет полчаса рабочего времени в добавок к тому времени, которое этот русский с его головой проведет в кабинете.
- Не я нашел, Сандрар. На Кроличьей поляне.
- В норе?
- В норах. Остальное - полный комплект, кроме головы, которая перед вами, он таранит сейчас в морг. Вы можете идентифицировать этого человека?
- Это голова Мартена де Лу, нашего бывшего пациента, погибшего при странных обстоятельствах девятнадцатого октября 1987 года.
- Его же похоронили??! Я слышал, на кладбище, его могила имеется.
- Она пуста. Двадцать первого октября упомянутого мною года труп Мартена Делу был погружен в вертолет, который должен был лететь в Париж. Едва взлетев, он совершил вынужденную посадку на старой площадке за поселком – думаю, машина была повреждена намеренно. Ночью труп был выкраден из холодильной камеры, в которую он был помещен на временное хранение. Кем выкраден, мне неизвестно.
- Вы наверняка кого-то подозревали? У кого мог быть мотив?
- Мотив мог быль у мадам Пелльтан и мадмуазель Генриетты – они были любовницами Мартена Делу. Однако представить этих дам взламывающими холодильную камеру, переносящими труп на Кроличью поляну и расчленяющими его там при помощи остро наточенной финки, я не могу.
- Но представить их нанимающими кого-нибудь для этой цели вы ведь можете?
Профессор усмехнулся.
- Каналя, притчу во языцех? Нет, не могу. Расчленив труп, Каналь бы тут же его сшил.
- Я имел в виду Катэра. Насколько я знаю, он был мужем мадам Пелльтан.
- Послушайте, господин Жеглов, вы согласились расследовать все это, вот и расследуйте! - вскипел профессор, фразы его вылетали как ошметки грязевого вулкана. - Я сообщил вам все, что знаю. Сегодня у меня напряженный день, с вами я могу многое не успеть, это скажется на самочувствии, по меньшей мере, пяти пациентов. Заберите вашу голову, ей место в морге, может быть, мы ее сумеем…
Профессор осекся. Глеб понял, что тот едва что-то тайное не выболтал.
- Пришить? - умышленно рассеял он мгновенный испуг Перена.
- Нет, найти на фрагментах трупа ДНК маньяка. Расчленяя тело он мог порезаться.
- Ищите, - сказал Жеглов, забирая голову. - Хотя, мне думается, вы ничего не найдете.
- Надеюсь, наша генетическая неудача будет компенсирована вашей детективной. А голову оставьте, я распоряжусь насчет нее.
Пожав плечами, Глеб вернул голову на стол профессора. Покинул он кабинет, насвистывая арию головы Руслана из оперы Даргомыжского.
Оставшись один, профессор нажал кнопку звонка и вперил усталый взгляд в тускло-медное лицо Мартена Делу.
- А в самом деле, кто тебя расчленил? - спросил он, не найдя прежней мужской приятности в чертах запомнившегося ему пациента. - Не скажешь, знаю…
Вошла старшая медсестра Катрин Вюрмсер.
- Вы вызывали меня, профессор, - сказала она, став в верноподданническую стойку.
