Он ожидал встретить светскую львицу, пресыщенную устоявшимся кругом общения и обиженную изменами мужа или его невниманием. На крайний случай, просто доверчивую дурочку-давалку, которая не может устоять перед харизмой и сильными руками.
И что в итоге? Что за хрень с ним творится?! Михаила так и тянуло обнять её тонкий стан, чтобы отгородить ото всех, а потом насиловать в своё и её удовольствие. Утверждать власть, ставить тавро как на рабыне. И то, что Громова была согласна с текущим положением дел, только распаляло Михаила.
А как она смотрела! Покорно, с поволокой. С какой очаровательной неопытностью и страстью? Такое не подделать самой лучшей шлюхе.
И это проблема. Влипнуть по уши и оказаться щенком, таскающимся на поводке за той, которая шляется не пойми где полночи? Нет, благодарю покорно. Стар он гоняться за девчонками. Пусть живёт как хочет и со свободой своей делает, что хочет!
В глубине души обнажила когти ревность, но Михаил заставил её замолчать. Хватит фигнёй страдать, решено забыть, значит, забыть! Мужчина открыл первую попавшуюся папку и углубился в смету, не забывая царапать карандашом пометки в ежедневнике.
Следующие несколько недель для Риты тянулись очень медленно. На душе скребли кошки, оставляя шрамы на сером покрывале будничных дней.
Погода за окном словно разделяла тоску девушки, лишив петербуржцев поздней весны в зелени листьев и сочных газонов в скверах и парках. Последние дни апреля выдались особенно холодными и промозглыми. Рита, всегда любившая пешие прогулки, находила тысячи предлогов, чтобы пореже выбираться из дома.
За покупками она ходила в ближайший минимаркет, находившийся в двух шагах от нового дома, а на собеседования ездила на машине, стараясь не задерживаться дольше, чем это было необходимо. Фриланс — штука хорошая, только заработка в сети не хватит на приличную жизнь. Пусть в двадцать четыре года начинать карьеру и самонадеянно, но в конце концов, какая разница, сколько ей лет? Важно начать, а потом она разберётся, что к чему!
— Рита, рад тебя видеть! — Этот бас девушка запомнила настолько, что каждый раз, когда Борис обращался к ней, испытывала чувства приговорённого к смерти.
— Не могу сказать того же! — Рита вскользь посмотрела на мужа и попыталась проскользнуть мимо.
В холле офисного здания в самый разгар рабочего дня было столь оживлённо, что повода для волнений, с одной стороны, не имелось, а с другой… Борис не из тех мужчин, которые заговаривают просто так, чтобы выразить восхищение внешним видом кинувшей его жены.
— Да погоди ты! — цепкие пальцы адвоката вцепились в её плечо. Наверняка останется синяк, но сейчас не до мелочей, лишь бы вырваться! — Мы ведь ещё не в разводе, не так ли? Значит, де-юро настоящая семья. Я не дикарь какой-то, дорогая, кислоту в ход не пущу. Давай пообщаемся без посторонних. Здесь, в кафе неподалёку.
Добродушный тон бывшего обмануть Риту не мог. Она сотни раз наблюдала, как муж вёл себя на судебных процессах, как искренне негодовал над тем, над чем ещё вчера в компании друзей смеялся и выставлял единственно верной тактикой.
— А де-факто нет, — отрезала Рита, высвобождаясь. — Я подписала все бумаги и с нетерпением жду, когда получу свидетельство о расторжении брака.
— А с проблемами ты не хочешь так же быстро расквитаться, а, дорогая? — Борис хмыкнул и самодовольно прищурился.
— С какими? — холодно поинтересовалась девушка, надевая на лицо маску вежливого интереса. Актёрствовать она умела не хуже мужа, профессия, так сказать, обязывает.
— С общими, радость моя. Говорят, тебе тоже выставили счёт за то дельце… с Рябининым. Помнишь его? — Борис сдержанно рассмеялся. — Редкостный лопух. Он так и не понял, что Д’Артаньян из него так себе, а друзей в бизнесе не бывает.
— Прости, я спешу, — Рите стало так гадко, будто она стояла перед змеёй, только что отобедавшей заблудшим на её территорию кроликом.
— Или это ты меня слила, сука? — Борис словно приобнял Риту за талию. Так это, должно быть, выглядело со стороны. От его шёпота и парфюма девушку физически затошнило. — Тебя всё равно никуда не возьмут, и не надейся. Приползёшь и будешь умолять, поняла?
Она вырвалась и на тонких шпильках побежала прочь. К выходу, белым прямоугольником, мелькнувшему впереди. Наверное, окружающие подумали, что она не в себе, или случилось что-то из ряда вон выходящее.
И ведь правда, случилось. Начинать с нуля легче, чем расстаться с прошлым, особенно когда это прошлое навязчиво и норовит выпрыгнуть из-за угла, когда его совсем не ждёшь.
Рита, не дав себе времени успокоиться, завела машину и дёрнула в нарушение правил сразу в среднюю полосу, чтобы слиться с потоком и затеряться на улицах. Не будет Борис сейчас её преследовать, он, как питон, обовьёт жертву, отрежет пути отступления, а потом начнёт медленно душить в кольцах. И не потому, что любит, скорее, из-за уязвлённого самолюбия. Его у бывшего через край, хоть ложкой ешь.
