Го Хэн просыпается в мире магического Древнего Китая, и этот мир бы ему нафиг не сдался, если бы не одно обстоятельство: в этом мире жив Чжу Баи — человек, которого он всю жизнь любил и которого не смог спасти в своем мире. Го Хэн собирается остаться в этом мире ради него, но он не должен никому говорить, что он — другая личность из другого мира.Однако его избранник не из тех, кто может посидеть спокойно и позволить оберегать себя. Неприятности — его второе имя.Метки: приключения, параллельные миры, магия, Древний Китай, романтика, попаданцы, обусловленная контекстом гомофобия, уся / сянься.
Что-то было не так. Его реальность была полна черной пыли, где почти всегда было шумно, а воздух был наполнен запахом бензина и гари. И носил он обычно джинсы и кожанку, продранную в трех местах.
Теперь же парень смотрел в незнакомый потолок и думал, как можно было так напиться и не почувствовать, что его забрали и увезли в незнакомую местность. А главное — не заметить, как его переодели: сейчас на нем были свободные легкие штаны, вроде пижамных, и такая же легкая рубашка из очень приятной ткани. В пижамах он не спал никогда, даже в то время, когда они продавались в магазинах. Точнее, когда вообще еще существовало такое понятие, как магазины.
Кровать была деревянная, хотя подобные, казалось, уже давно сожгли. Да и эта, если честно, была странная какая-то. Он таких никогда в жизни не видел: резная, с балдахином и странным узором в изголовье. Даже воздух был совсем непривычный, словно стерильный.
Го Хэн попытался приподняться, но голова казалась тяжелее обычного, и к ней будто было что-то прикреплено. Волосы. Его Волосы. Это стало самым жутким открытием. Обычно он носил короткие стрижки, а тут же они были длинные и, хотя парнишка приподнялся на локте, тянулись до самой кровати. И в этот момент его, уже почти начавшего паниковать, решили добить, не иначе, так как за занавеской кто-то зашевелился, и, отодвинув ее, бесцеремонно влез внутрь.
Это был Да Джиан. В такой же странной одежде, похожей на театральную и с непривычно длинными волосами. Го Хэн тут же успокоился: этого человека он знал, хотя и давно не видел. Да и улыбку на его лице не ожидал лицезреть — в последний раз они расстались не слишком хорошо. Тогда Го Хэн приказал своим людям избить парня и вышвырнуть на дорогу, подальше от их логова. Но не смотря на это, сейчас Да Джиан излучал дружелюбие и заботу. Он проверил лоб Го Хэну (тот так обалдел, что даже не попытался сломать ему руку), и, наконец, заговорил:
— Наконец-то. Как ты себя чувствуешь?
— Как с похмелья, — признался Го Хэн. Похмелье и должно было быть, только ощущение, будто он проспал лет триста, а мир за это время очень сильно поменялся. Можно сказать, очистился.
— Понимаю, — кивнул Да Джиан, взяв графин воды со стола. Стеклянный, мать его, графин, украшенный резным рисунком. Глядя на него, Го Хэн сглотнул пересохшим горлом и на всякий случай уточнил:
— Что, ты не разобьешь его об мою голову? И не попытаешься набить мне морду? Да Джиан ведь, так?
На что Да Джиан сильно удивился. Всерьез, блин, удивился. Неужели и правда не было той ссоры и избиения?
Дверь в комнату открылась, и в нее впорхнула Ван Линг в легком шифоновом платье, украшенном множеством лент. Го Хэн даже головой покачал: в его мире в таких нарядах мало кто отчаялся бы ходить. Оно же… невесомое. Такое порвать — три секунды! Тут явно было что-то не то.
Ван Линг в прошлом он не трогал, но у нее поводов начистить Го Хэну рыло тоже было достаточно. Поэтому парень быстро забрал у Да Джиана графин, решив, что, если он и умрет, то напившимся воды.
Вода была теплой, но непривычно чистой. Где только достали такую?.. И не похоже было, чтобы ее кипятили (не было этого уже привычного привкуса накипи, которая, как надеялся Го Хэн, однажды убьет его почки).
Ван Линг тоже выглядела искренне счастливой (хотя Го Хэн в то время валялся у нее в ногах, харкая кровью).
— Я услышала, что он очнулся! Я позвала Тенг Фэя, он хотел убедиться, что с Го Хэном все в порядке и недельный сон ему не повредил.
Го Хэн отдал пустой графин. Там было-то — ну может половина литровой бутылки, не больше.
— А что происходит? — спросил он, улыбаясь им. Хотя улыбка и получилась несколько мрачноватой, внимания на это никто не обратил.
— Что ты последнее помнишь? — деловым тоном заговорил Да Джиан.
— Как ужрался, как свинья, — честно признался Го Хэн. — Напился в смысле.
— Ну да, — кивнул Да Джиан. — А потом мы отправились на задание. И вас зацепило. Потом вы пролежали несколько дней без сознания и…
Го Хэн хотел уже начать задавать вопросы, но дверь быстро открылась и в комнату вошел незнакомец. Он был выше двух метров ростом, на вид около тридцати, волосы завязаны в высокий хвост и что-то еще заплетенное на голове. И одежда с блестящей вышивкой, что говорило о явно высоком статусе. Кому там, Ван Линг говорила, его сдаст?
— Вы можете идти, — произнес человек. — Я поговорю с вашим соучеником сам.
После вежливой просьбы освободить комнату, мужчина перехватил Ван Линг за одну из ее лент, и ненавязчиво вытолкал за дверь. Да Джиан уже сам понял, что дело очень важное, и похоже, парнишка доверял этому человеку, так что поспешил уйти, забрав пустой графин и пообещав: «Сейчас еще принесу».
Как только дверь за последним закрылась, человек запечатал ее какой-то «светомузыкой», после чего решительно двинулся к Го Хэну. «Вот этот меня точно уебет», — с неким облегчением подумал тот. Это было привычнее, чем, когда о нем заботились.
