К вечеру, когда стемнело, на пустыре перед цехом зарычали двигатели мотоциклов. Много мотоциклов и рычали они как-то очень громко, хаотично. Это было вызовом. О приближении Дрэгона узнали еще издалека, так что Го Хэн уже отдавал распоряжения. В какой-то момент поймал Гун Ву за шкирку и, удерживая его ворот так, что тот наверняка душил помощника, долго что-то втолковывал ему, прежде чем обернуться на Чжу Баи. Чжу Баи, казалось, тоже ждал этого дня, поэтому реагировал сдержанно. Но на Го Хэна он смотрел со страхом. Проблески догадки маячили на его лице, и Го Хэн не сдержался — подошел вплотную, схватил его лицо в ладони и поцеловал, после чего молча втолкнул в комнату и запер, ключ отдал Гун Ву, повторил негромко:
— Уводи его отсюда через другой выход. Передай Да Джиану, потом заедешь сказать ему, чем тут дело кончилось. Хотя бы, блядь, сейчас послушайся меня.
— Договорились, — потирая шею, проворчал Гун Ву. Он знал, что Го Хэн мог его убить, но оставил жизнь. И теперь этот дар нужно было искупать. Иначе у Го Хэна были по-прежнему все шансы подставить его под удар. Просто сказав Дрэгону, что Гун Ву шпионил на оба лагеря и кормил его незначительной информацией, получая в его логове важную.
Го Хэн направился на улицу. Часть банды уже присматривалась к противникам из ворот и выглядела напряженной. Словно предстояло снова драться насмерть. А Го Хэн спускался по лестнице, но ощущал себя так, словно поднимается. По деревянной скрипучей лестнице, на верху которой пенек и топор, а у этого бесхитростного приспособления ждет Дрэгон в черном капюшоне.
Дрэгон и правда был в черном, и на черном байке. Их мотоциклы надымили и напылили, и в вечерней прохладе теперь стоял вонючий туман. Го Хэн вышел вперед, словно всю банду за собой спрятал, крикнул, но грохот двигателей переорать не смог. Дрэгон подождал еще, затем благосклонно сделал знак рукой, и двигатели заглохли.
— Какого хера? — спросил Го Хэн, уже не крича. Он просто повторил то же, ему нужно было зацепиться и начать разговор, иначе эти люди бы не ушли.
— Я тебя о том же хотел спросить. Ты приперся в мое логово.
— Забрать свое, — напомнил Го Хэн. Дрэгон отрицательно покачал головой:
— Уже не твое. Я купил его.
— А, ну тогда не до того было, но траты я возмещу, — произнес Го Хэн. Он говорил спокойно, словно на деловых переговорах двух лавочников. Словно максимум, что они сделают — надают друг другу оплеух.
— Ты же знаешь, я не из-за денег. У меня только одно условие — ты должен отдать его нам. Потому что он наш, потому что его передали нашей банде, потому что у нас с ним счеты еще до вашего уговора. Если не передашь, то, пожалуй, я поверю, что он не просто повод для торга. Ну и у тебя будет выбор — положить банду ради одного пацана или просто отдать его. Тебе что дороже: твои люди или поебаться?
— Есть тема лучше. — Го Хэн чувствовал, как внутренне леденеет. Словно жидкого азота глотнул. — Драка, но один на один. Если я выиграю — нахер отсюда пойдете. Если ты — никто не будет мешать тебе — одному! — пройти в мою комнату и забрать его оттуда.
— Да я просто поубиваю твоих, и тогда никто не будет мешать, — мрачно глядя на него уже серьезно произнес Дрэгон. Го Хэн покачал головой, ухмыльнулся:
— Ради чего? Ради ебли?
— Ради авторитета.
— Такое себе. Или зассал один на один драться? Остальные, согласись, вообще не при чем, ты их просто для массовки взял. Но вряд ли они согласны по такой херне умирать.
— А ты меня на «Слабо», как ребенка, не бери.
— Тогда расскажи, за что они должны драться? За что, чего не можем решить мы вдвоем?
Дрэгон молчал. Словно думал, что сама его внушительная фигура и взгляд сломают Го Хэна.
Если их сравнивать, то Го Хэн был слабее. Один на один у него шансов было, может, процентов тридцать. Дрэгон мог его голыми руками убить. С ножами чуть побольше шансов как на смерть, так и на выигрыш, оставались те же тридцать процентов. За прошедшее время Го Хэн поверил, что это и есть его участь. Сдохнуть тут же от рук Дрэгона, защищая Чжу Баи, который давно уже умер. Сейчас очень хотелось верить, что там, на той стороне, что-то есть, но Го Хэн никогда не был верующим, да и мистика его особо не интересовала. На той стороне лишь покой.
Дрэгону отчего-то не хотелось драться один на один. Казалось, он подозревал Го Хэна в чем-то.
— Как я могу быть уверен, что после победы мне отдадут его? — спросил Дрэгон, и Го Хэн попытался ответить скучающе:
— А кому еще он будет нужен после моей смерти?
Это было логично, но Дрэгон снова задумался. Его банда ждала. По ним было видно, что драться они хотят, но останавливала тупость причины, упомянутой Го Хэном. Ребятам, может, и хотелось почесать кулаки, попробовать своих главных конкурентов на зуб, может быть и территорию их занять, но причина «Твой парень мне приглянулся, я бы его забрал» — не очень подходила к началу драки. Наблюдая за Дрэгоном и его сомнениями, Го Хэн вдруг понял, спросил:
— Тебе снился он? Этот, фиолетовый?
