Его окатило потоком этой воды, которая на самом деле оказалась жидким светом. Это был первый эксперимент, о таком остались довольно разрозненные сведения: что такие люди поделены надвое — ключ и тот, кто его активирует; про этот свет; про возможность создания коридоров в реальности. Очень о многих вещах Сун Линь узнавал впервые. К примеру, не подозревал, что при попытке перетащить Го Хэна с собой в другой мир, Чжу Баи уменьшится в возрасте. Да много чего не знал, некоторое оказалось враньем непрактичным. Он справлялся, потому что изучил принцип действия этой магии. Но в этот раз ошибся.
На Чжу Баи оставался ошейник, который мешал ему бежать в другую реальность. Чему этот ошейник не мешал — так это его силе в пределах этой реальности. О чем Сун Линь забыл — так об этом. Увидев, что Чжу Баи уже весь горит в потустороннем свете — поспешил внутрь, чтобы подхватить ключ. Но случился выброс — от Чжу Баи пошли трещины. Он только что перенес большой стресс, он чувствовал, что умирает, но продолжал цепляться за это место, за жизнь. Мир в пределах этой комнаты со шкурами раскололся на несколько крупных осколков, из реальности здесь получилось пять разных реальностей, которые не отличались друг от друга, но были разделены границей. И одна из этих трещин прошла от Чжу Баи и через живот главы клана. Его нижняя часть тела оказалась в одной реальности, верхняя — в другой.
Сун Линь опустил голову, посмотрев на свои ноги. Вот они были на месте, но немного сдвинуты, словно он видел их через стекло. Изо рта хлынула темная кровь и ее капли разбились о границу миров. Чжу Баи через его тело словно стену построил — тонкую и прозрачную. Сути не менялось — Сун Линь лишился половины тела. Он видел, как покачнулись и упали ноги, и как под ним начала расползаться лужа крови.
Человеческая фигура в центре уже полностью состояла из света. Трещины потянулись к ней, стали закручиваться, но еще держались за стены, не исчезали полностью.
***
В это время пришел в себя Го Хэн. Тот, что оставался в подвале. Пришел от звука, похожего на весеннюю капель. Когда он отключился, было темно и прохладно. Сейчас же пол был покрыт светящимися лужами. Свет капал с потолка, сочился через щели. Го Хэн стоял и смотрел на него, задрав голову. Свет падал ему на лицо, стекал по щекам, шее, волосам. Он обжигал, но не сильнее искорок. Очень скоро Го Хэн понял, что произошло, и у него сжалось сердце. Показалось, что капающий свет — это кровь. Кровь Чжу Баи. Он не так уж ошибался в этом.
Го Хэн быстро нашел дверь, бегом бросился туда, где должна была находиться комната над подвалом. На улице оказался вечер, темнело, но солнце не село еще. И все же — свет из поместья стал заметен в городе. За стенами кричали, думали, что тут пожар. Если Чжу Баи потерял столько света, столько силы… что с ним сейчас? Что с ним сделали?
Го Хэн влетел в комнату, что была перед залом со шкурами. Замер — марионеток крутило, словно в предсмертной агонии. Они хватались за лица, царапали руки, и эти царапины не заживали. Они распадались. И чаще всего делали одно движение — словно пытались свои ноги подтянуть, будто те как штаны без резинки с них спадали. Го Хэну было все равно — убедился, что его не атакуют, бросился дальше, в свет, не раздумывая. И тут же поскользнулся на крови, ударился об угол реальности и упал, зашипев от боли. Снизу стало лучше видно — ноги, которые он принял за ноги марионеки, и светящуюся фигуру в метре от двери. Свет исходил из этой фигуры. Он по-прежнему жег, как крапивой, но не причинял большого вреда. Го Хэн даже не заметил этого.
Чжу Баи сидел на коленях, перехватив руками живот. Свет вытекал через руки. Чжу Баи был больше похож на выкрашенный в золото фонтан: он весь состоял из света, но черты его стерлись, стали менее подробными. Го Хэн попытался хотя бы лицо его очистить, но рука провалилась. Внутри не было ничего, ладонь просто уходила в голову, свет обтекал ее, но тут же собирался обратно, стоило отдернуть ее. Го Хэн давно уже перестал думать. Он не понимал ничего в том, что происходит, окажись он тут раньше — вполне мог бы быть так же разорван, как и Сун Линь. Впрочем, он и не изнемогал под дверью в ожидании, когда долгожданный артефакт свалится ему в руки. Но когда разломы реальностей снова натянулись и стали ползти в сторону Чжу Баи — Го Хэну хватило ума понять, что эти линии опасны. Но бежать он от них не собирался, хотя они и стягивались к светлой фигуре в центре. Го Хэн сделал то, на что не решился бы осторожный человек — всунул обе руки в светящуюся фигуру, потом голову, пролез внутрь весь.
