Вторая и последующие жизни полностью

Не всякое объявление привлекает взгляд избалованного рекламой современного человека, а особенно если тот не в настроении. Всякие там «купи», «только у нас и только сейчас», «скидка»… Это уже не работает, так как занимаются этим, наверняка, совсем обыкновенные люди, без огонька в глазах. А обыкновенному человеку ничего необычного не выдумать — ни велосипеда не изобрести, ни Америки не открыть.

Но бывают специалисты, в которых живет гений. И этот гений, взяв обычные слова, так их свяжет между собой, что все там заиграет, заискрит и пустится в пляс.

Прямо по направлению к кассе.

Вот такое примерно гениальное объявление я увидел, проходя мимо магазина. Есть один такой рядом с моим «пенсионерским», ну таким, где пенсионерам скидки делают.

Настроение случилось не из лучших, скверное настроение — с соседями поругался, пенсию задержали, политики — сволочи через одного, да и тот «один» тоже, гм… Все обещают, обещают, обещают… Дожить бы только до того времени, когда они соберутся и обещания свои начнут выполнять. Дожить бы, от злобы не лопнуть… Тут ведь точно одной жизни не хватит. Так вот шел и думал, потому, собственно и зацепило меня объявление.

«Вторая жизнь на выбор. Почти даром».

«А вот интересно, — подумал я, ощущая себя горшком с желчью. — „Даром“ — это сколько моих пенсий? Если за первую я вовсе не платил, то сколько они предполагают слупить с меня за вторую? И в этой самой второй жизни те же политики мне на голову гадить будут, или совсем другие?»

С этим соображением я шагнул в магазин. Честно скажу — поскандалить захотелось, показать миру, что еще существую.

Магазин как магазин. Ничего странного. Кондиционер работает, музычка легкая, иностранная играет. Все как у людей. Разве малость с авангардизмом перехлест в оформлении прилавков — слишком, на мой взгляд, много красного и черных зигзагообразных линий. Вообще это слегка походит на заставку к древней компьютерной игре про фашистов… Я потихоньку начал из себя выходить. При советской-то власти такого бы не допустили! Сталина на них нет! Совсем уж хотел было высказаться, но тут поймал взгляд продавца. Мужик примерно моих лет, ну, может, чуть помладше. Тот улыбнулся и в этом легком движении губ я прочел: «Ну, молодежь… Ну, нравится им так… Но мы-то с вами знаем, что почем…»

А вот почем, кстати?

Я перевел взгляд выше его головы, на рекламный баннер. «Если вы думаете, что живете, то возможно вы ошибаетесь…»

— Интересная у вас реклама, — начал разговор. Он посмотрел наверх, пожал плечами.

— Зато отражает суть.

— Суть чего?

— Суть того, что вас заинтересовало. Я имею в виду вторую жизнь.

Продавец постучал слегка пальцами по коробочке, что держал под рукой. Коробочку охватывала синяя пластиковая лента. Я усмехнулся, подумав, что если порвать ленточку и открыть ее, то оттуда, как в сказке, выпрыгнет заяц, украшенный такой же синей ленточкой, а если удастся поймать его и порвать и её, то появится утка… И так до яйца, разумеется тоже с ленточкой. Вряд ли он понял, что я имею в виду, но в ответ я получил улыбку и решил, что скандалить пока погожу.

Вместо этого я спросил его, как это все происходит, и тот привычной скороговоркой затараторил о психополях, о фазах сна, о Н и М волнах, о квантах сновидений… Его голос журчал, внушая уверенность и где-то рядом, за перегородкой низкий мужской голос повторял — да, конечно, разумеется, безусловно… Подготовились ребята. Так ловко лапшу на уши развешивают, что хоть кепку покупай с тремя козырьками.

Похоже, что раньше ему попадались либо очень глупые, либо очень умные люди. Умные все понимали (не знаю, понимал ли продавец сам, то, что говорит) и вопросы отпадали за ненадобностью, глупые, наверное, пугались наукообразности терминов и, чтоб не показывать своей глупости, больше помалкивали. Я послушал его минуту, а потом сказал.

— Вы знаете… Я покупатель старой формации. С высшим советским образованием. Так что пока я не пойму, как это работает, я на это не подпишусь.

Он остановился, с облечением вздохнув. Интересно, в самом деле с облегчением, или мне показалось?

— Ну, если без медицины, физики, и математики, то все просто. Вы ложитесь спать и проживаете во сне жизнь. Чужую жизнь по сценарию, который сами выберете.

— Полная иллюзия? — спросил я. — Цвет, вкус, запах, тактильные ощущения?

Отрицательно покачав головой, пожал плечами. Видимо я оказался не первым из тех, кто донимал его детскими вопросами, и у него уже висела на языке готовая, обернутая в снисходительную улыбку, фраза.

— Я не ослышался? Вы сказали «Цвет, вкус, запах, тактильные ощущения»?

Пришел черед мне пускать в ход голову. То есть я улыбнулся и кивнул. Тут мой визави совершенно по-одесски ответил.

— И это вы, таки, называете иллюзией?

— А как вы это называете?

— По-моему это называется настоящая жизнь. Цвет, вкус, запах, тактильные ощущения…