Политическая ситуация называлась одним словом — дерьмо. К счастью, наш клан пока старались не трогать. Как-то внезапно вдруг оказалось, что мы имеем огромные суммы денег, территорию, но не имеем врагов. Открыто поддержать Хокаге мы так и не успели, а в моё отсутствие Цунаде на совете кланов придерживалась нейтралитета: она-то никому ничего не обещала. После же моей демонстрации перед уходом, а все почему-то решили, что это была демонстрация силы (и кажется мне, что торчат тут две головы: блондинистая и красноволосая), никто связываться с нами не захотел. Особенно учитывая то, что Ичизоку остался вовсе не беззащитным, а с шиноби уровня Каге, а остальные члены клана территории, покрытой нашими печатями, не покидали. Единственное что, Саске смогли отправить на фронт всеми правдами и неправдами, но уж он-то не пропадёт. Особенно с его-то воронами. Да и с глазами у него всё должно быть весьма интересно. Как сказала Кушина, он всё-таки сумел освоить обе способности своих глаз и даже научился создавать Сусано, хотя пока что только скелет и недолго. Способности у него тоже оказались интересными: ничего из ранее известного. Нечто непонятное, просто перемалывающее всё в определённой области пространства, и твёрдая иллюзия. Его иллюзии обретали плоть, что давало просто чудовищные возможности. И самое главное — они всё равно воспринимались, как гендзюцу всеми, кто способен был чувствовать такое, а остановка чакры в голове как раз-таки лишала возможности видеть эти “обманки” на некоторое время. Выходило, что сняв с себя гендзюцу, противник наоборот накладывал на себя иллюзию, только несколько другого типа. Пока мама сумела мне всё это обьяснить, у меня мозги едва не закипели, но в конце концов я понял и порадовался за друга, который получил себе такие инструменты. Так можно и Каге завалить. Интересно, какие же способности будут у моих глаз?
Добраться до Конохи было не так просто, как хотелось. Шиноби были на войне и заказы на разбойников особо не принимали. Только зелёных генинов гоняли, чтобы хоть какой-то опыт дать перед Четвёртой Мировой. А потому всякой швали расплодилось… страсть. Если мы не прыгали по деревьям, то каждый час натыкались на очередной “партизанский отряд”, “повстанцев”, “благородных бандитов” и просто шайки, не называвшие себя никак, но делавшие тоже самое. Решив дать своим ребятам боевой опыт, я быстро убивал всех, оставляя одного-двух человек, после чего предлагал им сдохнуть или сразиться с моими воспитанниками. Если бандит побеждал, то его отпускали. Некоторые, кстати, действительно побеждали, но ничего странного тут не было. Два месяца тренировок, да полтора десятка единиц чакры — не тот арсенал, с которым можно выходить ребёнку против взрослого человека. Благо все эти бандиты были вчерашними крестьянами, нихрена не умеющими, так что шансы были примерно равны. Особенно в раскладе три на одного.
В конце концов мы добрались до Листа. Деревня встретила нас весьма хмуро. Что поделаешь, война. Народу уже погибло немеряно и почти все — коноховцы. Правда были ещё ребята из деревни Травы, вассальной нам и Звука, которая всё-таки была создана. О ней я чисто случайно нарыл в кабинете Хокаге. Точнее мой клон, который решился под полной невидимостью пошерудить у Минато в ящичках. Хватило его на пять минут, но и так недурно вышло. Во всяком случае аж три папки с грифом “совершенно секретно” он пролистал. Правда медитации мне пока хватило времени лишь на восстановление одной, всё-таки это было весьма непросто, а меня ещё техники Корня ждали.
Но даже так жертвы в основном были из Конохи. Ну что там в этой Траве и Звуке? Триста? Четыреста шиноби? Ну, в Траве может быть чуть больше: пятьсот, но это максимум. В Звуке и того меньше — человек сто пятьдесят, может двести. Кого из них можно назвать джонинами по нашим меркам? Человек сорок вместе? Вот и всё. Остальное — полсотни токубецу и полторы сотни чунинов. Вот и вся реальная сила там. Капля в море.
Вот сейчас наша компания из меня и троих детей шла по улице, ловя хмурые взгляды. Не было смеха или улыбок, только несколько усталые или встревоженные лица. Конечно, всё оставалось не так плохо, всё-таки на примерно семь-восемь тысяч шиноби до войны приходилось аж тысяч сорок обычных жителей, но даже так ниндзя тесно с ними связаны. Семьи, служащие кланам, семьи бесклановых шиноби, которым едва ли не каждый день должно приходить по гробу… в общем, настроение было не радужным, несмотря на яркое солнце. Дети по пути не проронили ни слова, настороженно оглядываясь.
