Это его научит.
Да, точно. И для начала она окажет ему холодный прием… Небольшая дегустация того, что его ждет.
Спустя четыре сигареты и два бокала шампанского, Глория наконец услышала его шаги на лестнице.
С гордым видом Кристос появился в спальне, он выглядел искренне раскаивающимся.
— Салют, крошка. Ты застала меня в душе.
Это всегда помогало. Как только Глория взглянула на него, она пропала. Он всегда так на нее действовал.
На него так трудно сердиться.
Она смотрела, как Кристос небрежно приблизился к ней, встал сбоку от кровати, его бедра подались вперед, глаза скользят по изгибам ее тела.
— Как только я услышал твое сообщение, сразу натянул одежки и рванул, — произнес парень. — Видишь? — Он нагнул голову и сделал жест рукой. — Даже не стал ждать, пока волосы высохнут.
Но Глории было плевать на его волосы. Она не сводила глаз с его потертых джинсов, а если точнее, с мощного оружия, спрятанного в них.
Зацепившись пальцем за его ремень, она потянула Кристоса на себя.
— Почему бы тебе не сбросить одежду прямо сейчас? — хрипло предложила Глория, поглядывая на любовника из-под полуопущенных век. — Но для начала, поцелуйчик. А?
Она выжидательно приоткрыла губы, и Кристос повиновался, его глубоко нырнувший язык касался ее миндалин.
Это слишком для короткого разговора.
Пришло время действовать.
— Я уже вся влажная! — шепнула Глория, пригибая его голову все ниже, к своей короткой розовой юбке. — Съешь меня, детка! Съешь меня и трахни хорошенько!
Кристос поднял голову и взглянул на нее.
— Ого! Кто это у нас так выражается? В последний раз мне от тебя за это здорово досталось!
Глаза Глории сияли, словно маленькие зеркала у дантиста.
— А я и
Его пенис отозвался на вызов.
И они рванулись к финишной прямой, сотрясаясь от мощных толчков.
— Это было землетрясение, или это мы так действовали? — задыхаясь, выдавил Кристос.
— Это, — промурлыкала женщина, напрягая мускулы влагалища и удерживая его в ловушке внутри своего тела, — были мы. Я надеюсь, что ты в хорошей форме, парень. Потому что для меня это только разминка!
Эмбер смогла насладиться сексуальными олимпийскими играми во всем их размахе. Вот оно удобство от пребывания за дверями шкафа. Ей пришла в голову запоздалая мысль, что лучше было вообще не начинать слежку за Глорией и Кристосом. От увиденного во время первого раунда — а таковых совершенно очевидно предстояло еще немало — ее пронизала боль.
Она подсмотрела и услышала намного больше, чем ей хотелось —
Нет уж, сэр. Он попал в свиной рай и наслаждается каждой минутой.
Губы Эмбер скривились, слезы застилали глаза.
Осознание этого факта ударило ей под дых.
Но в последнее время даже такие случаи бывают крайне редко.
Эмбер с горечью размышляла, кто же соблазнил Кристоса. Глория Уинслоу — женщина? Или Глория Уинслоу — ходящий, говорящий банковский счет, который можно и трахнуть для собственного удовольствия?
Но это и не имело большого значения. Какая бы сторона Глории ни привлекла Кристоса, Эмбер понимала, что она даже не может надеяться на то, чтобы потягаться с ней силами. Особенно если Кристос и миссис Богатая Сучка запали друг на друга.
А судя по тому, что она видела и слышала, так оно, очевидно, и было.
Неожиданно все случаи необъяснимого поведения Кристоса стали вдруг понятными. Например, причина его охлаждения к своему старому другу и партнеру Эмбер Стич. И почему он обращается с ней, как с дерьмом. Всегда выискивает ошибки, цепляется, унижает. Заставляет почувствовать себя дурой. Как будто она ничего не может сделать правильно.
И потом это его молчание. Долгое молчание, когда он погружается в себя. Эмбер просто окатывает холодом, когда его эмоциональная температура понижается, замораживая ее.
