Вдоль дуги русской обороны одна атака немцев следовала за другой, с частыми переменами места и способа проведения. Атакующие, однако, неся тяжелые потери, добивались лишь незначительных успехов. Иногда оборону удавалось прорвать, но немцы так и не смогли вклиниться настолько, чтобы добиться больше, чем частного успеха на отдельном участке. Чаще всего атаки не имели успеха. По мере того как атаки одна за другой отбивались, психологическое значение боев за этот город возрастало точно так же, как это было под Верденом в 1916 году. [Сравнение Сталинградской битвы со сражением под Верденом служит целям принижения советского военного искусства. Следует заметить, что далеко не все буржуазные историки, в том числе и английские, разделяют точку зрения автора. Б. Питт пишет: «Сталинград сравнивают с Верденом. Во многом это сравнение справедливо, но есть чрезвычайно важная отличительная черта. Франция в 1916 году приняла, вызов Фалькенгайна (немецкого главнокомандующего) и производила равноценный обмен солдата на солдата, поставляя бесконечные резервы на маленький участок у Мааса до тех пор, пока обе стороны не откатились, обескровленные, назад, испытывая острое отвращение к этой войне… Под Сталинградом же решающей зимой 1942/43 года полководцы Красной Армии показали правильное понимание военной обстановки и способность извлекать уроки из прошлого, что должно быть примером для всех и каждого. Подкрепление сил защитников в самом городе носило характер минимальной необходимости вместо максимальной возможности, а накопленные таким образом сила и мощь были использованы для осуществления великолепного маневра на окружение, который затянул петлю на шее 6-й армии Паулюса. Сталинград стал символом великой победы, завоеванной разумной ценой. Верден – это просто название сражения, которое поглотило миллионы человеческих жизней, оставив обе стороны обессиленными и обескровленными». (B. Pitt in History of the Second World War. Vol. III, number 15, Poulton, 1968 (cover).) – Прим. ред]
Оно многократно усиливалось самим названием города. Сталинград был вдохновляющим символом для русских и гипнотизирующим символом для немцев, особенно для их фюрера. Сталинград загипнотизировал Гитлера до такого состояния, что он начал пренебрегать стратегией и перестал думать о будущем. Этот город стал для немецких войск более роковым, чем Москва.
Невыгодность и рискованность непрерывных атак были очевидны для любого военного специалиста, сохранившего способность трезво мыслить. Такие постоянно возобновляющиеся атаки редко приносят успех, если только обороняющиеся войска не изолированы и не лишены подкреплений или если не истощены резервы страны. А в данном случае именно немцы были в меньшей мере способны вынести длительные бои на истощение.
