Хортон разработал методы более мощных и сосредоточенных контратак против подводных лодок. Сторожевые и другие малые корабли, не обладающие достаточной скоростью, не могли довести до конца бой с подводными лодками, поскольку, если бы им пришлось далеко преследовать противника, потом они не сумели бы догнать охраняемые ими конвои. Требовалось больше эсминцев и фрегатов, которые могли бы прийти на помощь охранению конвоев, а при встрече с подводными лодками преследовать их до конца. Для этой цели еще в сентябре начали формироваться группы поддержки. Хортон сразу же ускорил этот процесс, сократив состав групп непосредственного охранения. Хортон поставил цель – застигнуть противника врасплох в средней части Атлантического океана координированными контратаками нескольких новых групп поддержки и авианосной авиации во взаимодействии с охранением и самолетами сверхдальнего действия. Хортон подчеркивал, что группы поддержки не должны тесно взаимодействовать с группами охранения конвоев. При прохождении зоны разрыва в авиационном прикрытии каждый конвой должен усиливаться группой поддержки и по возможности самолетами. Хортон предусмотрел. Что подводные лодки, привыкшие к атакам кораблей охранения конвоя, будут выбиты из колеи, когда группы поддержки атакуют их со всех сторон.
Гитлер был взбешен неэффективными результатами предновогоднего нападения «Хиппера», «Лютцова» и шести эсминцев, вышедших из Альта Фьорда, на арктический конвой. Раздраженный Гитлер высказал «твердое и неизменное решение» рассчитаться с виновниками. В итоге гроссадмирал Редер через месяц ушел в отставку. На посту главнокомандующего военно-морскими силами его заменил Дениц, который одновременно сохранил пост командующего подводными силами. Дениц лучше умел ладить с Гитлером и, в конце концов, получил согласие фюрера оставить «Тирпиц», «Лютцов» и «Шарнхорст» в Норвегии как «довольно мощное оперативное соединение».
В декабре и январе в Атлантике наступило затишье. Тоннаж потопленных подводными лодками судов едва достиг 200 тыс. т. Затишье объяснялось главным образом штормовой погодой. Однако за этой передышкой последовали новые сокрушительные удары по судам, следовавшим в составе конвоев.
В феврале тоннаж потопленных подводными лодками судов почти удвоился, а в марте цифра достигла 108 судов водоизмещением 627 тыс. т, что граничило с рекордными цифрами июля и ноября 1942 года. Особенную тревогу вызвало то, что около двух третей судов было потоплено при следовании в составе конвоев. В середине марта 38 подводных лодок атаковали два направлявшихся в Англию конвоя, которые оказались поблизости друг от друга. В итоге было потоплено 21 судно водоизмещением 141 тыс. т, а немцы потеряли лишь одну подводную лодку.
Впоследствии адмиралтейство отмечало, что «немцы никогда не были так близки к нарушению коммуникаций между Новым и Старым Светом, как в первые двадцать дней марта 1943 года». Более того, морской штаб даже стал сомневаться, можно ли по-прежнему использовать конвои.
Однако в последние одиннадцать дней этого рокового месяца положение резко изменилось. В северной Атлантике было потоплено только 15 судов против 107 за первые две трети месяца. В апреле потери снизились вдвое, а в мае оказались еще меньше. Контрнаступление, организованное Хортоном, принесло желаемые результаты в удивительно короткий срок.
В самые критические мартовские дни американцы попросили освободить их от участия в проводке североатлантических конвоев и взяли на себя ответственность за южноатлантические пути, в особенности ведущие в Средиземное море. Они, конечно, имели в виду также и Тихий океан. Практический результат был невелик. Правительство США подчинило английскому командованию авианосец первой группы поддержки и поставило самолеты «либерейтор». Таким образом, с 1 апреля Англия м Канада приняли на себя полную ответственность за проводку всех конвоев между Американским континентом и Англией.
Весной 1943 года немецкие подводные лодки в ряде сражений потерпели поражение и понесли тяжелые потери. В середине мая проницательный Дениц докладывал Гитлеру: «Мы стоим перед лицом величайшего кризиса в подводной войне, так как противник, применяя новые средства обнаружения, наносит нам тяжелые потери». Потери подводных лодок в мае больше чем удвоились и составляли около 30 % всех находившихся в море лодок. Такие потери вынудили Деница 23 мая отозвать подводные лодки из северной Атлантики.
К июлю союзники строили судов больше, чем теряли от действий противника. Это был переломный момент в борьбе с подводными лодками.
