ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА полностью

Вооруженной борьбе на советско-германском фронте автор отводит семь неполных глав. «Весь ход войны в корне изменился, когда Гитлер 22 нюня 1941 года вторгся в Россию — на день раньше, чем в 1812 году это сделал Наполеон. Предпринятый шаг оказался для Гитлера столь же роковым, как и для его предшественника…».

Такими словами Лиддел Гарт начинает первую главу, посвященную событиям Великой Отечественной войны, и сразу же дает свою трактовку причин поражения немецко-фашистского вермахта, которая является важным критерием его мировоззрения. Автор плетется в хвосте реакционных буржуазных историков. Правда, в отличие от тех, кто представляет события лета и осени 1941 года как «катастрофу», Лиддел Гарт подчеркивает, что продвижение немцев сдерживалось исключительно упорным сопротивлением русских. «Обычно немцы, – продолжает он, – достигали успеха за счет маневра, но не могли победить противника в самой схватке. Окруженные войска если иногда и вынуждены были сдаться в плен, то это, как правило, происходило лишь после длительного сопротивления. Обороняющиеся проявляли редкое упорство…».

Лиддел Гарт считает, что основными факторами, обусловившими крах гитлеровских планов, были недооценка советских ресурсов и ошибки немецкого командования, однако в конечном итоге сводит причины разгрома немецко-фашистских армий к «необычным» природным условиям Советского Союза, «плохим дорогам», повторяя избитые версии, много лет пересказываемые в воспоминаниях гитлеровских генералов и в трудах разделяющих их взгляды реакционных историков. Преимущества советского государственного и общественного строя, могущество Советских Вооруженных Сил, морально-политическое единство советского народа, руководство Коммунистической партии – все эти основные факторы победы автор преднамеренно замалчивает.

О контрнаступлении советских войск под Москвой в книге говорится как бы мимоходом. Автор пишет, что «русские отбросили измотанные в боях немецкие войска и обошли их с флангов, что создало критическое положение».

Весьма важными, однако, являются разбросанные по различным главам факты, относящиеся к «ноябрьскому тупику» в ставке Гитлера. Лиддел Гарт пишет, что 9 ноября 1941 года Гитлер заявил: «Признание того факта, что ни одна из сторон не способна уничтожить другую, приведет к компромиссному миру». В эти же дни [или на одном и том же совещании в ставке – из текста не ясно. – О. Р.] Рундштедт не только предложил перейти к обороне, но и отвести войска в Польшу на исходные позиции. Его поддержал в этом командующий группой армий «Север» Лееб. Командующий группой армий «Центр» Бок выступил за продолжение наступления на Москву, но предупредил, что его исход «будут решать последние батальоны». В поддержку идеи наступления высказались также главнокомандующий сухопутными войсками Браухич и начальник генерального штаба сухопутных войск Гальдер. Следует также учесть упоминание в западногерманской литературе о беседе командующего армией резерва генерал-полковника Фромма с Гальдером 24 ноября 1941 года, в которой Фромм высказался за заключение мира с Россией с тем, чтобы «продиктовать ей условия в выгодной ситуации, которая может оказаться последней».

Дальнейшее изучение вопроса о «ноябрьском тупике» может иметь определенное значение для уточнения этапов срыва Советской Армией гитлеровских планов войны против СССР.

Автор весьма конспективно излагает последующие события на советско-германском фронте. Он проводит параллель между битвой под Сталинградом и битвой под Верденом, делая в этом смысле шаг назад по сравнению с оценкой, содержащейся в многотомной «Истории второй мировой войны», изданной в Англии в 1966-1968 годах под его же редакцией, где отмечается несостоятельность такого сравнения. Он оправдывает решение Гитлера «пожертвовать своей армией под Сталинградом», так как, по его мнению, ее капитуляция в течение первых семи недель после окружения могла привести к еще большей катастрофе, поскольку в этом случае оказались бы отрезанными немецкие армии, отступавшие с Кавказа.