В имении была старая баня, но до неё надо было идти, поэтому просто попросила Кузьму набрать воды, и помочь подогреть. Он удивился, но возражать не стал.
Во флигеле было три комнаты, в одной я помыла Полину, и сама ополоснулась в корыте. Подумала, что завтра попрошу Кузьму баню затопить. А сегодня устала.
Кузьма спать лёг в коридоре с ружьём, предварительно заперев все двери во флигеле.
А ночью к нам пришли.
Сначала я услышала голоса за окном, говорившие даже не пытались говорить тихо. Создавалось впечатление, что наоборот, они делали всё, чтобы их услышали. Спала я почти одетая, поэтому осторожно встала с кровати, чтоб не разбудить Полину и подошла к окну.
Отодвинув занавеску, посмотрела в окно. Ночь была лунная и в неровном свете луны было видно, как совершенно не скрываясь, двое мужчин идут через двор, направляясь ко входу в дом.
Я вышла из спальни и легонько, чтобы не испугать, толкнула Кузьму.
Тот сразу проснулся, я жестом показала ему, чтобы молчал и шёпотом сказала, что там кто-то направляется к дому.
Кузьма сразу схватился за ружьё.
— А есть ещё оружие? — спросила я, чувствуя, как внутри начинается адреналиновая реакция.
Кузьма кивнул, в темноте особо не было заметно, но мне показалось, что он удивился, но принёс коробку, в которой лежали два больших пистолета.
С гордостью сказал:
— Вот сберёг, ду..эльные
— Как из него стрелять? — взяв в руки один из тяжёлых, явно инкрустированных серебром, пистолей, я поражённо рассматривала эту конструкцию
— Неужто стрелять будете, барышня? — удивление всё-таки прорвалось из Кузьмы.
— Надо будет, выстрелю, — отрезала я
Кузьма показал мне, что нужно сделать, и я понадеялась, что в нужный момент, если такой наступит, рука у меня не дрогнет.
— Есть проход из флигеля в дом? — тихо спросила
— Есть, канешна, как же на быть, токмо завалил я его, — произнёс Кузьма виновато.
«Молодец, дед!» — подумала я, а вслух сказала:
— Пошли покажешь.
Я проверила как там Полинка, девочка спала крепко, и мы с Кузьмой пошли в сторону «заваленного прохода».
Завален проход был качественно, разобрать его быстро, чтобы выйти противникам в «тыл» без шума, не представлялось возможным.
Но ждать пока «мародёры», или кто они там, осознают, что в доме ничего ценного нет, а вот во флигеле, который выглядит целым, есть, я не хотела.
И не знаю, откуда во мне вдруг появились «стратегические способности», а только я вдруг чётко поняла, что надо делать.
Отправила Кузьму на крышу, сама же заняла позицию у окна, так, чтобы мне было видно, если они подойдут ко входу, и я смогла бы их отпугнуть выстрелом. Оба пистоля были допотопными, на один выстрел каждый, Кузьма с гордостью сказал, что оружие собирал ещё мой дед.
Так что у меня было всего два выстрела и Кузьма на крыше, и надежда, что в нужный момент ни Кузьма, ни дедушкины пистолеты не подведут.
Как и предполагала, скоро грабители вышли из дома и стали переругиваться:
— Пусто, ни добра, ни девки
И я вдруг поняла, что они знали, что я приехала, или кто-то им сказал, а, возможно, что и направили. Вопрос зачем? Просто припугнуть или что похуже?
И мне вспомнились девяностые, как оставалась ночевать в контейнере на рынке, чтобы «добрый ребятки», которые, кстати, денег брали «за охрану», не позарились на то, что внутри. А то один раз так пришла утром, а у меня недостача на тридцать тысяч. И пистолетом я пользоваться умела, правда у меня тогда был травмат*.
От воспоминаний меня отвлёк кашель одного из «гостей». «разбойнички» приняли решение идти во флигель.
— Стоять! —— крикнула я, получилось не очень грозно, пришлось добавить классическое, — буду стрелять на поражение.
Уж не знаю, что подействовало, то, что услышали слово стрелять или непривычную формулировку, а только мужики вдруг замерли и один из них прохрипел:
— Эй, девка, не шали, отдавай деньги и мы уйдём
Но с места не сдвинулись.
Пришлось придать им ускорение:
— Считаю до трёх
— Раз, два, … — и я не успела сказать три, как вдруг один из мужиков резко побежал в сторону входа во флигель.
И я, то ли от испуга, то ли где-то внутри у меня зрела уверенность, что так и надо, выдохнула:
— Три, — и выстрелила.
Пистоль был очень тугой и рычажком мне больно прижало палец, а ещё обожгло руку, в которой я держала оружие, но в тот момент сердце у меня стучало с такой скоростью, что я вообще ничего не чувствовала.
Зрение моё вдруг стало чётким-чётким, и я увидела, как пуля летит по воздуху и врезается бегущему мужчине в грудь.
А раньше думала, что это только в кино так показывают.