– Некоторых психологов с цыганами и не различишь, – ответила я достаточно агрессивно. Кирилл Берг хмыкнул и протянул мне бокал с вином. Я приняла его и выпила залпом, до дна. Оксана Павловна и этот Кирилл многозначительно переглянулись, Кирилл хмыкнул и протянул мне другой бокал.
– Фаина Павловна недолюбливает нашего брата, – улыбнулся мой Апрель холодной улыбкой вежливого менеджера отеля, в чьи обязанности входит улыбаться, но не входит любить людей.
– Думаете? – рассмеялась Оксана. – Не знаю, Фаина, мне кажется, ты несправедлива к Игорю Вячеславовичу, он – прекрасный специалист, я лично могу это подтвердить. – И словно желая показать на деле свою готовность, Оксана Павловна положила свою ладонь Игорю на плечо. Невинный жест заставил меня почти мгновенно прикончить второй бокал. У Черной Королевы были длинные пальцы, на среднем и на мизинце болтались роскошные кольца, в камнях которых плясал, играя, отраженный свет. Черная Королева стояла неподвижно, но ее пальцы жили отдельной от нее жизнью, они словно отбивали такт никому не слышной песни. У меня кровь отлила от щек. Усилием воли я заставила себя посмотреть в сторону и вдруг поймала взгляд Кирилла. Он тоже смотрел на руку Черной Королевы, и я могла с уверенностью сказать – он ревновал смертельно ее.
– Ты как? – услышала я знакомый голос прямо у себя над ухом. Я обернулась и наткнулась взглядом прямо на обеспокоенное лицо Машки Горобец. Рядом с ней качался на ветру наш сисадмин Рудик. Впрочем, может, он и не качался. Может быть, качалась я.
– Мы прекрасно проводим время, – пробормотала я так четко, как смогла. Результат не устроил меня. Я попробовала еще раз. – Прекрас… Прекрасссно… мы проводим время просто прекрасссно.
– Слово «прекрассссно» тебе особенно удается, – кивнула Машка и заткнулась, так как ко мне возвращался Кирилл Берг – с очередным бокалом вина.
– Расскажите мне, Фаина, как вам нравится работать под началом Оксаны Павловны? – спросил он, продолжая уже начатый допрос. Сама виновница его негасимого интереса стояла чуть поодаль и оживленно обсуждала что-то с моим Игорем.
– Может быть, тебе уже хватит пить? – спросила Машка, неодобрительно поглядывая то на меня, то на Кирилла.
– Ш-ш-ш! – зашипела я, ибо из-за ее бормотания мне было неслышно, о чем говорят.
– Не шикай на меня. Лучше представила бы меня людям. – Машка кокетливо улыбнулась, оборачиваясь к Кириллу.
– Маша – Кирилл, Кирилл – Маша, – представила ее я так, как это сделала бы тезка моей начальницы, Черная Королева с Алисой и пудингом.
– Очень приятно, – бросил Кирилл так, что сразу становилось исчерпывающе ясно, что ему неприятно и вообще плевать. Улыбка сползла с Машкиного лица. Рудик посмотрел на нее томительно и устало. Он хотел уходить, уже устал стоять на ногах. Я его понимала, мне тоже хотелось прилечь на травку и задремать. Оксана Павловна и Игорь мой Апрель, напротив, были бодры, веселы и обсуждали завтрашние планы. Оксана прямо полыхала интересом к тренингам, расспрашивала Игоря о деталях, о целях тех или иных затей. Машка была права, так искренне и с таким воодушевлением женщины слушают мужчин только тогда, когда желают затащить их в постель. Это понимала я, это понимал и тихий, пугающе вежливый Кирилл Берг, этого не понимал, кажется, только сам глупый психолог Игорь Вячеславович. Не понимал или делал вид.
– Мы с Рудиком собираемся к костру, ты пойдешь с нами? – спросила Машка, продолжая обеспокоенно хмуриться.
– Нет-нет, мы вам Фаину не отдадим, – возразила Оксана, к моему вящему удивлению.
– Серьезно? – фыркнула Маша. – Вы ее ни с кем не перепутали? Уверены, что именно она вам нужна?
– Идите, Мария, идите. Здесь костра нет, – ответила Королева сухо.
– Фая? – переспросила Машка строго.
– Иди, Маша. Не волнуйся. Я прекрасссно провожу время, – пробормотала я, забирая бокал у Берга. В дальнем углу комнаты на нас задумчиво смотрел Витя Постников. Тусовка начальников и членов совета директоров – меньше всего он ожидал, что в ней окажется лохматая, пьяная сотрудница отдела IT. Игорь снова скользнул по мне полным непонятных намеков взглядом. Его зеленые глаза полыхали, он явно имел мнение, но какое – я не могла понять. Он оскорблен тем, что я так и не дала никому понять о наших с них отношениях или он доволен этим? Смущен тем, что я застала его с Оксаной Павловной? Считает, что я должна уйти? Или остаться? Зол, что я не поставила его в курс о своих изменившихся планах? Вычеркнуть нужное?
– Значит, вы не уважаете психологов? – спросил меня Кирилл. – Признаюсь честно, я тоже не разделяю Оксаниного оптимизма в этом вопросе.
– Не нужно путать мой интерес с оголтелым одобрением, – резонно заметила та. – Я просто отдаю должное работе конкретного специалиста и признаю, что это эффективно.
– Да, но как ты замеришь эту эффективность? – возразил Кирилл. – Ведь все, о чем мы говорим, исключительно субъективно, разве нет?
– Вот! Я всегда говорила то же самое.
