Ей казалось, что главное уже позади. Ее последний оргазм был таким интенсивным, она не думала, что готова все повторить… Во всяком случае, не так быстро.
Потом Каррик улыбнулся, опустил руку к тому месту, где слились их тела, и оказалось, что она мокрая, полна желания и вся дрожит.
— Я думала, что мы уже все, — тихо сказала она, глядя на его красивые губы.
— Ну нет, мы только начали!
Приняв душ в огромной ванной, Сэди оделась и вернулась в спальню. Центральное место в ней занимала широченная кровать; над изголовьем висела большая картина. Не обращая внимания на Каррика, который одевался, сидя на краю кровати, она подобралась ближе к изголовью и стала искать подпись на картине. Импрессионистский пейзаж в зеленых и голубых тонах, какая-то французская река на рассвете.
Кто автор? Моне, Мане? Судя по захватывающим дух произведениям искусства, которые были в его доме повсюду, она бы не удивилась.
— Не трать напрасно время. Подписи нет, — сказал Каррик с улыбкой.
— Кто художник?
Каррик пожал плечами:
— Мы понятия не имеем. Записей о том, как она попала в семью, не сохранилось. Мы не знаем, кто художник… абсолютно ничего не знаем.
Такое просто невозможно! Картина такого качества должна была оставить след; где-то наверняка имеются связанные с ней записи. Сэди почтительно дотронулась пальцами до рамы, как будто рама могла с ней заговорить.
— Вы не пытались выяснить?
— Еще как пытались, — ответил Каррик, вставая и заправляя рубашку в брюки. — Я пытался, и Финн, и мои родители. Ничего так и не на шли.
Сэди отказывалась с этим смириться.
— Я могла бы попробовать.
Каррик расплылся в улыбке:
— Вперед, но я не стану платить тебе еще один заоблачный гонорар, чтобы ты разыскала следы, которых нет. Уж я-то знаю!
— Я займусь ею бесплатно. — Сэди села на пятки и снова посмотрела на пейзаж. Она влюбилась в картину. В ней чувствовалось что-то невероятно знакомое, как будто она знала художника, тему или манеру письма. Она уже много времени провела с этим художником или сценой… только нужно было вспомнить, с кем, когда и где.
Каррик обвил рукой ее талию, возвращая в настоящее. Он приподнял ее и снял с кровати, но не выпустил, даже когда ее ноги коснулись пола.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, согревая дыханием мочку ее уха.
Поскольку день начался с множественных оргазмов, она чувствовала себя превосходно.
— Замечательно. Очень раскованно.
Сэди почувствовала, как он дрожит от смеха.
— Приятно слышать, но на самом деле я имел в виду вот что. — Он провел пальцем по ее животу.
— Хорошо… — У нее перехватило дыхание, сердце готово было выскочить из груди.
— Не тошнит? Ты не устала? Не хочешь есть?
Сэди шагнула назад, и Каррик опустил руки вдоль тела.
— Откуда ты знаешь о симптомах беременности?
Каррик пожал плечами:
— У Ронана двое детей, и он подробно рассказывал, как проходила беременность у Танди.
Она не знала, что Ронан женат, и сказала об этом Каррику.
Его глаза затуманились.
— Его жена умерла вскоре после того, как родился Арон, их второй сын. У нее началось кровотечение; его не смогли вовремя остановить.
— Какой ужас! — Сэди покачала головой. — Мне так жаль.
— Да, было тяжело, — вздохнул Каррик. — Мы все обожали Танди, а Ронан по-прежнему горюет по жене.
— Наверное, он будет горевать по ней всегда, — тихо ответила Сэди.
Каррик провел рукой по влажным волосам.
— Итак, вернемся к тебе. Как ты себя чувствуешь? — Уголки его губ дернулись вверх. — Я имею в виду беременность, а не секс.
Сэди ответила ему с улыбкой:
— Хорошо. Меня не тошнило, и сил у меня много, как всегда. Срок пока небольшой, поэтому почти все осталось по-прежнему.
— Я бы тебе поверил, если бы ты вчера не заснула в кресле, — заметил Каррик.
Сэди скрестила руки и покачалась на пятках.
— Прошлую неделю я почти не спала. Я строила планы. И репетировала, как скажу тебе… Каррик нахмурился:
— Неужели я такой неприступный?
Сэди села на край кровати и положила локти на колени.
— По-моему, вообще нелегко сообщать мужчине, что ты ждешь от него ребенка. И, откровенно говоря, я не ожидала, что ты отреагируешь на мои слова так спокойно.
— Я не считаю, что нужно бить лошадь за то, что сам оставил распахнутой дверь конюшни. Что сделано, то сделано. Придется иметь дело с последствиями, а не с тем, чего бы мы хотели.
— Кстати, о последствиях… — Сэди сжала пальцы между коленями. — Как мы будем жить дальше?
Каррик посмотрел на нее, и Сэди показалось, что он пригвоздил ее к полу.
— Сэди, что конкретно ты имеешь в виду?
Заметив страх, мелькнувший в его глазах, Сэди невольно улыбнулась:
— Каррик, я не прошу тебя жениться на мне. Мне просто нужно знать, намерен ли ты участвовать в жизни ребенка или собираешься устраниться, сбежать.
— Во-первых, я никогда и ни от чего в жизни не бежал… А в глубине души я всегда хотел детей. Возможно, я не хочу длительных отношений… — она прекрасно услышала в его голосе предупреждение, — но хочу стать отцом.
Что ж. Ладно.
— Но нам не нужно сейчас же решать, как сложатся наши отношения. У нас есть время. Ты уже кому-нибудь сказала, что ждешь ребенка?
— Нет, а что?
