Не верилось, что этот древний, ссохшийся, с трудом передвигающийся старик был среди тех, кто выиграл великую войну. Физик нервничал, понимал глупость подобного суждения, нервничал еще больше и компенсировал это повышенной болтливостью; маршал помалкивал, а адъютант за все время визита вообще не проронил ни слова.
— Как вы уже знаете, — физик все время начинал слишком издалека, понимал это и из-за этого тоже нервничал. — Любое материальное тело, имеющее протяжение по временной координате, имеет протяжение также по координате антисветовой, тахионной — то есть некая часть этого тела, невидимая и неощутимая для нас все время движется со скоростью, превышающей световую. После распада тела его тахионная составляющая также рассеивается, но отличие ее от нашей заключается в том… короче, в том, что мы можем собрать ее обратно.
Маршал медленно опустил голову — только через несколько секунд физик понял, что он кивнул.
— При этом устанавливается четкая, однозначная и, к сожалению, однонаправленная связь материального тела с астральным… — он заметил, как поморщился маршал и немедленно поправился:
— О, не беспокойтесь, никакой мистики ! Это не более, чем удобное название !
Старик снова наклонил голову.
— Проблема заключается в том, что для концентрации астрального тела…
Маршал снова поморщился, но вдруг так молниеносно согнал гримасу с лица, что физик списал ее на свою же предвзятость.
— …необходим по крайней мере, фрагмент тела материального. Чем больше фрагмент, тем больше вероятность успешного собирания астрала и его активации. После активации…
"Интересно, а на кой черт ему это нужно ? — как и многие исследователи, физик умел читать однажды вызубренную лекцию, а думать при этом совершенно о других вещах. — «Он не из безопасности, с теми все ясно — трупы хотят допрашивать, не из тыловиков, мечтающих об армиях зомби, которых кормить не надо… забывающих, правда, о энергетической подпитке… не из фанатиков, которым нужны абсолютно покорные армии из тех же зомби… он вообще давно отошел от дел… Зачем это ему ?»
— …непрерывной энергетической подпитки. Теоретически, личности с сильным астралом могли бы организовать подпитку самих себя из астрала, но… — физик развел руками. — Мы до сих пор так и не научились входить с ними в нормальный контакт. Возможно, повреждения при концентрации астрала… возможно, смертный шок… вообщем, отрасль эта слишком молода, чтобы говорить об успехах. Так что…— он снова развел руками и вопросительно взглянул на высокопоставленного гостя — впрочем, бывшего высокопоставленного.
Старик медленно открыл рот.
«Ну, сейчас проскрипит что-нибудь насчет практических результатов…» — с тоской подумал физик. « — И так полдня пропало…»
— Меня интересуют практические результаты !
Несмотря на предвидение, физик чуть не подпрыгнул от неожиданности. Голос старика был не скрипучим и вовсе не стариковским — наоборот. Теперь ученый поверил, что этот человек вполне мог командовать парадом на Красной площади без микрофона и усилителя.
— Более того, — продолжал гость. — Меня интересует только один конкретный результат.
Он медленно обернулся к адьютанту и кивнул. Тот все так же молча положил «дипломат» на стол, очень аккуратно открыл его и с невероятной осторожностью достал оттуда небольшой пластиковый пакет. За блестящей пленкой угадывалось что-то старое, мерзкое и обугленное.
— Челюсть ? — физик несколько удивился. — Гм… А сколько ей лет примерно, не подскажете ? Дело в том, что до сих пор мы экспериментировали с образцами протяженностью до двух, ну двух с половиной дней, а этот явно... гм… явно более старый.
— Очень старый, — маршал вдруг усмехнулся, открыв желтые, но прочные еще зубы. — Но знаете, молодой человек… если ничего не получится — я не буду в претензии.
— Хорошо, — физик пожал плечами. — Давайте попробуем. Пластик не помешает !
Последнее относилось к чересчур ретивому адъютанту.
— Сам… фрагмент не подвергается никакому воздействию. Это только… ну, вроде центра кристаллизации. Знаете, как бывает, если в перенасыщенный раствор бросить еще кусочек вещества — и начинается немедленная кристаллизация вокруг этого кусочка…
Не прекращая разговаривать, физик привычными движениями настроил астральные концентраторы, запустил программу и машинально потянулся к сигаретам.
— Ох, простите ! — он спохватился, только оглянувшись на адъютанта. — Простите, господин маршал.
— Ничего, ничего, — усмехнулся гость. — Курите, молодой человек. А то я уже успел забыть запах табака.
Он помолчал, затем снова открыл рот.
— Правда, обычно меня называют товарищем.
Физик немного растерялся, не зная, что ответить, но тут ему на помощь пришел компьютер, приятным женским голосом объявив, что реконструкция объекта завершена.
— Так быстро ? — маршал явно удивился.
