— Что случилось? — спросила я, и мистер Гаилли тяжело вздохнул, явно не желая приносить плохие новости.
— Профессор Диксон отказался давать показания против Люсиль, — сказал он прямо, за что я была благодарна. — Он также не собирается признавать свое преступление. Конечно, полностью отрицать это у него не получится, так как он признался при большом количестве людей. Да и информация о вашем артефакте могла попасть к другим только от него, значит он точно нарушил договор.
Сердце сжалось от таких новостей, и я присела в кресло, размышляя, как справиться с этими проблемами. Вес ответственности давил на меня, я чувствовала, что теряюсь от происходящего. Мистер Марш и профессор Диксон были ключевыми фигурами в моем деле, так как осознанно помогали Люсиль. Если бы я выиграла дело против любого из них, это повлекло бы последствия для других.
Что это означает для профессора Диксона? Расстался ли он с Эстер? Встречается ли она теперь с Билли, или они окончательно разошлись? Я виделась с другом только раз после своего возвращения из Истрэя, и он ничем не дал понять, что все еще в отношениях с ней.
— Означает ли это, что мы не сможем доказать ее вину? — тихо спросила я, массируя голову кончиками пальцев.
— Не совсем, у нас все еще много доказательств. Но это будет намного труднее. Думаю, законники мисс Бэксли убедили профессора Диксона, что у него больше шансов выйти с минимальными потерями, если он будет отрицать свое участие. Я также считаю, что они могут устроить нам сюрпризы в день слушания. Нам нужно быть готовыми перенести слушание, если возникнет необходимость.
Я кивнула, не до конца понимая, как это работает. Законники могли сослаться на технические ошибки, чтобы отложить или перенести дело. Но я надеялась, что до этого не дойдет.
Как Люсиль могла позволить себе этих знаменитых законников? Я, с большой зарплатой ликвидатора и выплатами от Фуллагара, с трудом могла позволить себе двух обычных законников. Если она оплачивала их из “награды”, которую ей выдал Макс, то насколько большой была эта сумма?
Макс смотрел, как Айви уходит из ресторации, и не мог поверить, что всё заканчивается именно так. Он не справился, не уговорил её, не смог подобрать нужные слова. Он понимал, что сам виноват в том, что она не хочет его даже видеть.
Когда Фуллагар впервые встретил Айви, его поразила сила и стабильность её потока артефактора, его красота. Он редко видел нечто подобное, даже у собственного отца, который в последнее время редко использовал свою магию.
Чистая энергия, золотая, плотная, вкусная. Высокоуровневая.
До этого момента Макс никогда не замечал тихую стипендиатку, постоянно находившуюся рядом с шумной симпатичной рыжеволосой девицей. На фоне несуразно одетой Айви её подруга выглядела как прекрасный цветок: яркая, уверенная в себе, одетая в одежду известных брендов, где одевалась вся его семья. Но что-то в её подруге отталкивало его.
Он не сразу понял, что именно его отталкивало в Люсиль, но позже осознал — это было отчаяние. Отчаянное желание принадлежать к высшим кругам, изображать то, чем она на самом деле не являлась. Её выдавало стремление постоянно выставлять себя вперёд, занимать центральное место, тогда как настоящие аристократы никогда не занимались подобным, с рождения зная, что их место под солнцем неоспоримо. Айви была полной противоположностью Люсиль — она всегда интересовалась тем, как чувствуют себя другие, и если внимание оказывалось на ней, она старалась разделить его с окружающими, как это было на выставке.
Именно там он впервые заметил не только невероятную магию Айви, но и её фигуру, её внешность. У неё было потрясающее тело. С тех пор он начал думать о близости с ней. Он полагал, что ему не понадобится много времени, чтобы уговорить ее, ведь раньше у него не было проблем с этим, хотя ему редко приходилось уговаривать высокоуровневых девушек на отношения без обязательств. С каждым днём Макс всё больше желал Айви, особенно после того, как увидел её полуголой, когда её одежду украли. Рядом с ней находился студент с параллельного потока, Роберт Дюпри, о котором Макс не мог сказать ничего плохого… до этого момента. Дюпри крутился рядом с Айви, и его глаза горели той же дешёвой похотью, какой, вероятно, горели глаза самого Макса. Интересно, догадывался ли Дюпри, какой у Айви уровень? Как прекрасна будет близость с ней?
После того дня Макс постоянно думал о том, как он разденет Айви, как положит руки на её бёдра, сожмёт ладони на её ягодицах, притянет её к себе, накроет своим телом. Горячая кровь стихийника гнала его действовать, добиться девушки. Он даже пытался отвлечься, вступив в связь с другой женщиной, но вскоре понял, что постоянно сравнивает её с Айви. И это было несправедливо по отношению к той женщине.
