Евгений пробежал глазами документ, ничего не понял, начал внимательно читать с начала. Да, недооценил он Горвича! МИД Шатогории обвинял СБ во вмешательстве во внутренние дела страны, в сокрытии оперативно-следственных данных о пропавших без вести гражданах Шатогории, в ведении агентурной деятельности на территории страны, во вторжении в личную жизнь высокопоставленных граждан Шатогории… доказательства прилагаются… требование возмещения морального ущерба в сумме… ого, губа не дура!.. в противном случае информация будет официально предана огласке…
Чувства графа были явно далеки от благодарности! Похоже, он задействовал все связи и поддержку своей влиятельной семьи, чтобы расквитаться с обидчиком за поруганное достоинство аристократа… Но на что он рассчитывал?..
— Да это же все бред собачий! — Евгений решительно отложил бумагу. И по-моему, вам это известно куда лучше меня!
— К сожалению, известно! И честное слово, я предпочел бы, чтобы это был не бред! Уж если бы мы решили послать вас куда-то с агентурным заданием, то по крайней мере предупредили бы, что при этом можно делать, а что нет! Это обошлось бы нам куда дешевле, чем ваш глупый дилетантизм! Гуминский сердито кивнул на документ.
— Вы что, хотите сказать, что собираетесь платить? — Евгений не смог сдержать удивления.
— А вы как думаете? — Гуминский вскочил и нетерпеливо прошелся по комнате. — Или вы полагаете, что я буду объяснять репортерам, что вы вторглись в чужие владения во время отпуска? По своей личной инициативе?
— Но ведь это так легко доказать! — Евгений даже привстал.
— Сидите! — Гуминский шагнул к нему. — Неужели вы думаете, что у любого пойманного шпиона будут не в порядке какие-нибудь документы? Или что он забудет оформить какое-нибудь разрешение? Нет, господин Миллер, судят не за бумаги, а за действия, и отвечать публично за ваши безобразия у меня нет никакого желания. Подозреваю, что у Яна тоже не будет…
— А он что, еще не знает?.. — осторожно поинтересовался Евгений.
— Узнает завтра. Пока что вы шестой или седьмой человек в стране включая президента и премьера — которые читали эту бумажку. Видите — на ней нет регистрации входа-выхода. Это секретная нота. И будут приняты все — я подчеркиваю, все! — меры к тому, чтобы она не стала официальной!
Евгений подавленно молчал. Да, ситуация оказалась куда серьезнее, чем можно было ожидать! Уж по крайней мере на международный скандал он не рассчитывал…
— Теперь видите, что вы натворили! — Гуминский больше не сдерживался. — А ведь Ян в свое время предупреждал вас, чтобы вы не занимались самодеятельностью в отношении этой эсперки! Или все-таки не предупреждал?
Евгений проглотил комок.
— Предупреждал, — выдавил он из себя. — Но это было так давно… И потом, разве Веренков знал о ее происхождении? По-моему, он имел в виду что-то другое…
— Что бы он ни имел в виду, следовало прислушаться к его рекомендациям — как это делаю я, например! У Яна отличная интуиция и замечательное чутье на опасность, если он говорит «нет», не надо спрашивать, почему! Особенно, если вы дорожите его отношением к вам!
Евгений густо покраснел. До него дошло наконец, что он и в самом деле крупно подвел Веренкова, пусть тот и не запретил поиски прямо, ограничившись общей рекомендацией. Рассчитывал на благоразумие своего ученика? Если так, то Евгений не оправдал ожиданий…
— Я вижу, вы осознали наконец всю серьезность положения, — снова заговорил Гуминский. — Тогда надеюсь, вас не затруднит ответить на ряд вопросов. И прежде всего: каким образом вам стало известно, что Антонина Завилейски и графиня Горвич — одно лицо? Если, как вы сами уверяете, этого не знает даже Веренков!
Евгений внутренне напрягся. Ну вот, теперь-то и начнется… Игра в вопросы-ответы! Не проболтаться бы о главном…
— Ничего особенного мне не стало известно, — осторожно начал он. — Вы же знаете, что Антонина была подругой моей жены. Странно, что вас удивляет наш интерес к ее прошлому! — Евгений сделал паузу, лихорадочно соображая, что же говорить дальше: ведь про Юргена не следует упоминать ни в коем случае! — А то, что она графиня, мы узнали совершенно случайно: жена увидела фото со свадьбы в старой газете. В светской хронике… Я долго не мог поверить, — Евгений почувствовал, что "поймал несущую", и теперь врал раскованно и вдохновенно. — Но имя, страна… В общем, когда я окончательно убедился, что Антонина действительно была графиней Горвич…
