Вскоре я вычислила (или угадала?) ключ к активизации управления случайностями. Он прост в описании, но при использовании граничит с шизофренией в самом что ни на есть клиническом смысле. Поэтому стоит быть осторожным, пытаясь применять его! И тем не менее образ управления случайностями ненамного сложнее голубой спирали или "растекания в пространстве".
Собственно, именно с "растекания в пространстве" и следует начать. После этого совместить в единое целое три классических ауральных парадокса: "Черный фонтан", "Расколотый кристалл" и "Лиловый ветер". Оказывается, эти негармоничные (и тем не менее постоянно повторяющиеся в разных аурах!) мотивы сливаются в нечто законченное и получают при этом четвертое измерение.
Ощущение четвертого измерения не перепутаешь ни с чем: это напоминает ясновидение, хотя и гораздо более динамично. Стабилизировав его, следует поступить опять же классическим образом: представить себе желаемый вариант реализации события и тут же забыть об этом представлении. После этого нужная цепочка случайностей реализуется как бы сама собой.
Я опробовала это, и несколько раз мне удавалось спровоцировать «случайное» знакомство двух совершенно произвольно выбранных людей в уличной толпе (отголосок моей работы, не правда ли?) — это были мои первые эксперименты. Потом мне захотелось вызвать аварию на улице (жажда разрушения во мне сильнее, чем я думала!), и я сама перепугалась, когда опомнилась, к счастью, жертв не было… Наконец мне удалось спастись, бросившись в сплошной поток машин на Северном шоссе (не только спастись, но и избежать встречи с полицией…) — это было уже настоящее помешательство, хотя и сделанное по всем правилам управления случайностями!
Что, мелковаты примеры? Но экспериментировать оказалось чертовски сложно, и почувствовав, что всерьез схожу с ума, я вынуждена была остановиться.
Обдумав все произошедшее, я поняла одну простую и жестокую вещь: при реализации дара управления случайностями возникает банальнейшая проблема: хотеть, рисковать, участвовать и при этом все знать заранее — для такого требуется огромная энергия. Гораздо большая, чем для обычной жизни. Ведь строго говоря, это дает возможность жить быстрее, избегая бесконечных повторов, проб и неудач. Но откуда взять силы для этого? Вечная для нас проблема энергетики…
Сэм, ты уже делал что-то подобное управлению случайностями, спасаясь при погроме. И тебе удалось это, вопреки всем прогнозам, собственным предчувствиям и даже простой логике! Но там была экстремальная ситуация, страх смерти… Вообще, в смерти как таковой — в возможности смерти, в угрозе смерти, даже в убийстве! — таится невероятная мощь. (Естественно, не даром же так много магических обрядов с жертвоприношениями!..)
Ну, вот и все, что я хотела сказать. В моем «отчете» не будет выводов: их сделает жизнь — моя или чья-то еще. Интересно, окажемся ли мы — эсперы, я имею ввиду — достойны своих возможностей?.."
…Евгений прочитал «отчет» раз, другой… Несомненно, в дневнике было примерно то же, и неудивительно, что не только Ананич, но даже Виллерс, прочитав его, потерял всякое самообладание… Да, вот это действительно открытие! Нечто совершенно непредставимое — и в то же время удивительно гармоничное, необходимое, неизбежное…
Но черт возьми, что за странная у него оказалась судьба — ну просто какое-то утонченное издевательство! Вокруг дневника кипели страсти, гибли люди — а дубликат, который мог все остановить и успокоить, бесполезно валялся у бестолковой девицы! А ведь все могло сложиться совсем иначе…
…Письмо могло — и должно было! — попасть в «Лотос» гораздо раньше, тогда провокация против Сэма не сработала бы… и эксперименты двоих «кладоискателей» не завершились бы трагедией! Или трагедия все равно была бы неизбежна? Кто знает, оскорбленные эсперы на многое способны…
А если бы Диана вообще потеряла письмо? Тогда открытие безвозвратно пропало бы — но ведь именно так все и считали еще вчера! Уже примирились с потерей, уже перестали искать… и вдруг!
Судьба словно нарочно выбрала самый крутой, самый острый, самый драматичный путь, чтобы в конце концов все-таки свести почти оборванные нити к тому, к чему они должны были свестись с самого начала… Случайно? Но после того, что они прочли в письме, как-то совсем по другому смотришь на случайности… даже как-то не по себе становится!
Ну и что теперь делать? Доложить Веренкову? А что сделает он? Обрадуется открытию? Или заставит все намертво засекретить? Ведь управление случайностями весьма опасно, Тонечка сама неоднократно предупреждает об этом… И если оно станет доступным каждому предсказателю… Ну пусть не каждому, пусть через одного, все равно — не рано ли давать детям спички?
А с другой стороны, разве можно засекретить знание? Все равно кто-нибудь еще пойдет в этом же направлении, и если он не будет знать, что его ждет — не окажется ли это еще опаснее?
