Вторая правда полностью

– Что-то мне подсказывает, что сегодня до него не дозвониться.

– Наверное, ты прав. Скорее всего, это пустая трата времени, но все равно буду названивать каждые несколько часов. Это должно немного растревожить его.

Раздался гудок: входящий звонок от Роуз.

– Трумэн, Роуз звонит.

– Хорошо, потом договорим.

Килпатрик дала отбой и ответила сестре:

– Привет, Роуз.

– Мерси? Это ты? – раздался высокий голос – явно не сестры.

– Мама? – У Мерси перехватило дыхание: голос матери был взвинченным.

– Я звоню с телефона Роуз.

– Что стряслось?

Каждая клеточка ее тела напряглась, а палец завис над кнопкой стартера.

– Сегодня какие-то люди швырялись в Роуз камнями и комьями грязи. И обзывали ее шлюхой.

Мерси ловила воздух ртом. Она нажала на кнопку и завела машину.

– Вы где?

– Сейчас мы дома. Ездили в Иглс-Нест. Я пошла на почту, а Роуз – в магазин Хэкетта.

– Я уже еду. Она пострадала?

Если да, то обидчики пожалеют, что родились на свет.

– Не особо, только царапины от камней. Но она в шоке.

– Мерзавцы… Приеду как можно быстрее.

Мерси остановила взятый напрокат «Форд» у родительского дома, хлопнула дверцей. Кипя от ярости, взбежала на крыльцо и забарабанила в дверь.

– Мама?

Ей хотелось распахнуть дверь и ворваться внутрь, но она заставила себя стоять и ждать.

Я найду тех, кто это сделал.

Послышались шаги, на пороге появилась мать. Морщинистое лицо Деборы Килпатрик осунулось. Мерси не понравился страх в ее глазах. Мать отступила на шаг.

– Роуз на кухне.

Килпатрик-младшая собиралась было пройти мимо, но остановилась и положила руку на плечо матери:

– Все будет хорошо. Я позвонила Трумэну и сказала, что Роуз надо написать заявление в полицию.

– Мы не хотим…

– Произошло нападение. Нужно подать заявление.

Мать в смятении наморщила лоб:

– Думаю, не стоит…

– Сделай это ради меня. Даже не ради меня. Ради Роуз. Мама, не надо отворачиваться и делать вид, что ничего не произошло.

– Я не отворачиваюсь! Просто не хочу устраивать скандал.

– Скандал?! Они должны знать, что такое поведение неприемлемо.

– Мерси? – донесся из кухни голос сестры.

Мерси посмотрела матери в глаза:

– Так нужно.

Мать отвела взгляд. Мерси почувствовала разочарование.

По крайней мере, она не отказала.

– Уже иду, Роуз.

Она оставила мать в дверях и прошла через гостиную на кухню, где за столом сидела сестра, приложив к скуле пакет со льдом. Ее волосы были мокрыми.

Приняла душ, чтобы смыть грязь.

У Мерси выступили слезы. Она заставила себя говорить спокойно:

– Дай-ка взгляну.

Уселась рядом и положила ладонь на сестринские пальцы, закрывающие ушибленное место.

– Там ничего страшного, – отозвалась Роуз. Однако Мерси заметила, что сестра не сразу отняла от лица пакет со льдом.

На безупречно гладкой скуле Роуз в окружении свежих кровоподтеков красовалась царапина. На лбу виднелись два крошечных пореза.

Мерси захотелось кого-нибудь ударить. Шрамы на лице сестры только-только затянулись, а теперь – вот это…

– Трумэн пришлет кого-нибудь за заявлением, – сказала Мерси, осматривая сестру: нет ли еще каких ран.

– Это не…

– Не спорь со мной.

Да что не так с женщинами в нашей семье?

В дверь постучали. Мать открыла. Услышав приветствие Трумэна, Мерси расслабилась: хорошо, что он приехал сам. Через секунду его рука легла ей на плечо. Шеф полиции поздоровался с Роуз и уселся на свободный стул.

– Вы не представляете, как я взбешен… – начал он.

– В очередь, – огрызнулась Мерси, ища в его взгляде поддержку собственной злости. И она ее получила, судя по спокойным карим глазами.

– Расскажи, что произошло.

Трумэн вытащил ручку и открыл блокнот.

Слушая Роуз, Мерси стискивала пальцы.

– Их было двое, – начала сестра. – Один шел за мной футах в двадцати. Я услышала его шаги по дороге к магазину Хэкетта. Затем они ускорились. Он подошел ближе и начал говорить мне в спину ужасные вещи.

– Какие? – уточнил Дейли.

– Что я ношу в себе отродье сатаны. И что я шлюха. Несколько раз повторил это самыми неприличными словами.

Мерси застыла, боясь, что разобьется вдребезги, если сделает слишком глубокий вдох.

– Потом я услышала, как к тротуару подъехала машина. Его походка изменилась. Я услышала, как мой преследователь открыл дверцу. Он и тот человек, который, как я думаю, был за рулем, что-то говорили друг другу. Я плохо расслышала. – Роуз глубоко вздохнула и вздернула подбородок. – Потом он назвал меня по имени. Я остановилась и обернулась… Надо было не останавливаться, а идти дальше!

Мать Мерси встала за спиной Роуз и, наклонившись, обняла ее за плечи, зарывшись лицом в волосы дочери.

– Я почувствовала удар камнем, – женщина указала на царапину. – Потом удары послабее: это были комки грязи. – В ее голосе послышалась ярость. – Он продолжать обзывать меня шлюхой. Второй – наверное, водитель – тоже. Затем дверца хлопнула, колеса взвизгнули, и машина уехала.