— Артур! — тихонько стучусь к нему. — Ты занят?
— Что ты хотела? — откладывает в сторону ноутбук, лежа на кровати.
— Нужно убраться, у меня аллергия на пыль, — чешу слезящиеся глаза и снова чихаю. Накрывает молниеносно.
— Вряд ли в этом городе есть клининг.
— Я сама все сделаю. Мне нужны тряпки и средства различные. Ты можешь все купить?
— Окей. Могу погулять с коляской, пока ты уборку делаешь?
— Это было бы идеально!
Поздно вечером, вытягиваюсь на неудобной кровати, прижимая к себе самое ценное — мирно спящую дочь. Я привыкну. Макар не будет искать нас всю жизнь. Тем более, к Лейле у него тоже есть чувства, не просто так ведь они спали. Родят общего ребенка и забудет нас. От этих мыслей я снова всхлипываю и даю волю слезам. Весь день держалась.
Выбираюсь и шагаю в ванную комнату умыться. С кухни падает тоненькая полоска света из-под двери. Артур не спит.
Заглядываю к нему, он работает за ноутбуком и пьет чай. Увидев меня, снимает наушники.
— Опять ревела? — обеспокоенно смотрит на меня.
— Да. Не могу пока расслабиться. Я звонила Саше сегодня. Макар прилетел в Москву. Ищет меня.
— Тебе нужно поменять фамилию, — предлагает он.
— Фамилию? — удивляюсь. — На какую?
— Мы можем расписаться, Ярославу я запишу на себя, у нее ведь нет отца по документам. Так точно не найдет.
— А какая у тебя фамилия?
— Луневич. Нравится?
Раевская мне нравится больше, но я так боюсь, что Макар нас найдет, что согласна на все.
— Кира! — проникновенно смотря мне в глаза, произносит молодой человек. — Я готов быть рядом с вами столько, сколько понадобится. И сделать для вас все, и даже больше.
— Зачем тебе это, Артур? — удивляюсь я. — Ехать с чужим ребенком за тысячу километров, тратить свое время, нервы, деньги?
— Я давно в тебя влюблен, Кира! — выдает он, а я рот раскрываю от удивления. — Не перебивай, пожалуйста. Я влюбился в тот же день, как тебя увидел. Молодая, наивная и безумно красивая. Ты цвела и улыбалась. А сейчас посмотри, в кого он тебя превратил. Посмотри, Кира!
Я смотрю на себя в старенькое зеркало, висящее здесь же на стене. Не похожа на саму себя. Лицо опухло от слез, глаза словно неживые. Артур прав, я потеряла себя. Влюблен в меня? Саша была права?
— Я сделаю вас самыми счастливыми, Кируся! — подходя ближе, шепчет он. — Я ненавижу Макара за то, что он с вами сделал. Предал, бросил, прикрываясь большими деньгами. Это жизнь, так нельзя играть с чужими чувствами. Где он был все это время, пока ты вынашивала его ребенка, рожала и не спала ночами? Проводил время с фиктивной женой и целовался на камеру?
Я всхлипываю, зажав рот ладонью. Артур бьет словами прицельно в самое больное место. Но он прав. На сто процентов прав. Я закрывала глаза на поступки бывшего мужа, оправдывала. И что получила взамен? Предательство. А все, что у меня осталось — это гордость.
— Ты достойна самого лучшего, Кируся! Позволь сделать вас счастливыми. Я полюблю Ясю как родную, клянусь. Да я уже ее люблю! Она — прекрасна! — он крепко обнимает меня, поглаживая по спине.
Я беззвучно плачу, жалея себя. Как я оказалась в этой точке. Как?
— Давай поженимся? Сменишь фамилию и начнешь жизнь с чистого листа? Поживем здесь и вернемся в Москву? А хочешь в Питер? У меня есть накопления. Я, конечно, не зарабатываю как Макар, но вы не будете ни в чем нуждаться.
— Но я не люблю тебя, Артур! — вырывается у меня.
— Я готов ждать, Кира. Три года ждал и вот, ты сейчас со мной на кухне, в богом забытом городишке. Я пальцем к тебе не притронусь, пока ты сама не будешь готова. Клянусь! Доверься мне.
Я судорожно всхлипываю и обещаю подумать. Полночи ворочаюсь, взвешивая все за и против. Я в полнейшей заднице, и как оттуда выбираться с маленьким ребенком на руках, не представляю. Засыпаю уже под утро, измотанная и уставшая.
Через неделю мы регистрируем брак и получаем новое свидетельство о рождении на имя Луневич Ярославы Артуровны. Мой новый паспорт тоже скоро будет готов. Обручальных колец у нас нет, как и поцелуев мужа и жены. Ночью, лежа в соседней комнате, я прислушиваюсь к мерному дыханию новоиспеченного мужа. Наверное, я полюблю его. А что мне еще остается? Прошлая жизнь осталась далеко позади. Артур хорош собой, добр и любит меня. Пока я не могу ответить ему взаимностью, но он мне не непротивен. Это точно. Он прекрасно ладит с малышкой, купает ее и меняет подгузник. Качает на руках и ласково разговаривает. А главное — я у него одна. И нет других проектов, планов и женщин.
Соберу себя по осколкам и буду снова жить, дышать полной грудью и смеяться. Я обязана это сделать для своей дочери. Иначе и быть не может. Я обязательно снова буду счастливой! Вопреки всему!
Конец
